Жена поневоле

– Там все очень странно и запутанно, – благоверный нахмурился и отстранился от меня. Мой трюк удался. Внутренне я торжествовала, но старалась ничем не выдать свое состояние.

– О чем ты? – мне не терпелось, чтобы муж поделился со мной имеющейся информацией.

– Он сказал, что я сам пришел к нему и назвал твое имя, – нараспев ответил Ральф и замолчал. Воспользовавшись тем, что он погрузился в свои мысли, все же набросила халат, переброшенный через спинку кресла, и крепко подвязала его пояском. Муженек лишь хмыкнул, заметив мои действия.

– Значит, морок.

– И его накинул тот, кто неоднократно видел меня, иначе бы поверенный распознал подвох, – задумчиво проговорил муж.

То, что я услышала от него, лишь добавило загадочности незнакомцу, который так умело обвел Ральфа вокруг пальца.

Окинув меня презрительным взглядом, благоверный направился к выходу, не сказав больше ни слова."

"– Копию договора все же не забудь, пожалуйста, передать… дорогой, – добавила с улыбкой на губах.

– Не думай, Оливия, что я не знаю, где ты была вчера вечером, – произнес он на прощание, а затем спокойно закрыл за собой дверь.

Я облегченно выдохнула, когда наконец-то осталась одна. Похоже, первая гроза миновала. Пусть и с небольшими потерями, но все могло быть гораздо хуже. Можно даже сказать, что еще легко отделалась за свой поступок.

Солнечные лучи усердно пробивались даже сквозь плотные шторы, и я поспешила впустить их в комнату. От яркого света пришлось даже зажмуриться и прикрыть лицо ладонью. Судя по тому, как светило высоко висело в небе, время и вправду было не столь ранним. Я еще не успела глянуть на часы, как раздался нерешительный стук в дверь, а после передо мной появилась молоденькая служанка в черном платьице, белом чепце и фартуке.

Она сделала книксен прежде чем обратиться ко мне.

– Добрый день, Ваша светлость, – сказала девушка, которая с интересом разглядывала меня. Несомненно, мое внезапное появление в доме вызвало немалые пересуды среди прислуги, и всем хотелось хоть краешком глаза глянуть на новоиспеченную жену их хозяина.

– Добрый, – отозвалась я. Хоть и не осуждала ее, все же очень неуютно чувствовала себя под столь пристальным взором.

– Герцог назначил меня Вашей горничной.

Мое имя Миления, – осознав свою оплошность, девушка виновато опустила голову. Однако, скосив взгляд, заметила дыру в двери, ведущей в ванную комнату, и вскрикнула, а затем, прикрыв рот ладошкой, уставилась на след, оставленный Ральфом.

– Который час? – мне и самой не составило бы труда узнать ответ на этот вопрос, но следовало отвлечь ее от рассматривания двери.

– Одиннадцать, герцогиня, – отозвалась горничная и тут же спохватилась. – Давайте я помогу Вам сперва одеться, а после сделаю и прическу.