Жена поневоле

– Люди меняются, Оливия, – внезапно произнес Ральф, словно прочел мои мысли, а затем отстранился и вышел из комнаты, больше ничего не сказав на прощание.

– Только не ты, Ральф. Только не ты… – тихонько прошептала, слегка взбудоражив тишину, продолжая смотреть на дверь, которую он плотно закрыл за собой, еще раз окинув напоследок меня взглядом."

"Я подождала, пока супруг покинет дом, а затем спустилась в сад, которому уделяли немало внимания. Мои мысли то и дело возвращались к Ральфу. Я так и не поняла за долгие три года смысла его поступка. Неужели жажда получить место артефактора стала для него настолько навязчивой идеей, что он пошел на такой отчаянный шаг?

Отбор в Палату несомненно был суровым.

И ежегодно только один адепт, самый выдающийся, мог туда попасть, поэтому весь упор и делался на дипломный проект, чтобы показать свои возможности. Но ведь для Ральфа могли сделать и исключение, при его-то деньгах. Но, увы, то, что сделано, уже не изменить, прошлого не вернуть. Да и исправить ситуацию ныне будет нелегко. Он во многом был прав: не доказала тогда, кто теперь-то поверит? Но попытаться все же стоит. Так просто с рук ему это не сойдет!

Я не пожелала спуститься к ужину в столовую, а попросила принести еду в комнату. Сколько бы не прислушивалась к стуку копыт, так и дождалась их. Интересно и где это ночевал мой муженек? Хотя какое мне до него дело?! В первую очередь я должна позаботиться о себе.

Глава 5

Утром, вот уже во второй раз подряд, меня разбудила не горничная, а Ральф, стремительно ворвавшийся в мои покои.

– Доброе утро, дорогая! – произнес он слащавым голосом, тем временем как я пыталась разлепить глаза.

 – Даю на сборы около часа, а потом уезжаю. Не успеешь – пеняй на себя, – после чего с ехидной улыбкой удалился.

Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, о чем он говорил. Откинув одеяло, со всех ног рванула в ванную комнату, дверь в которую была заменена еще вчера, пока прогуливалась по саду. Скорее всего, горничную прислал Ральф, ведь едва успела умыться, как она появилась возле меня. Миления выбирала платье с особой тщательностью. Видимо, осознавала важность момента – хозяин впервые покажется на людях со своей женой.

Ведь от того, в каком виде предстану я, зависела отчасти и его репутация. Как бы ни было печально, но всегда первое мнение о человеке складывается по его внешнему облику, и лишь позже, во время беседы, может измениться. А может и не измениться вовсе.

Завтрак подали в мои покои, чтобы ускорить сборы. В результате, по истечении сорока минут, я была готова.

Ральф, как оказалось, находился в холле. Он не сводил с меня своих голубых глаз до тех пор, пока я не спустилась по лестнице, словно оценивал мой вид.