Женаты против воли

К ним присоединилась веточка с небольшими розовыми цветами и красивый бутон темно-лилового оттенка с желтой сердцевиной.

Вылетевшая из бутона пчела обиженно зажужжала, сделала круг вокруг меня и села на другой цветок в поисках нектара.

Я проводила ее улыбкой и взглянула на цветы в моих руках.

Красивый букет получается. Можно будет поставить его в вазу на нашем столике. Будет уютно и по-домашнему.

Раздался пронзительный гудок проезжающего мимо возопара, который громко стучал колесами по рельсам.

Ничего необычного, но меня вдруг будто молнией прошибло.

Вздрогнув, я с силой сжала букет и беспомощно огляделась, пристально вглядываясь в мелькающие мимо окна вагонов.

Кто это?

Кто смотрел на меня так, что внутри все перевернулось от тревоги и непонятного предвкушения?

Но разглядеть что-либо или кого-либо просто невозможно.

Еще мгновение, и возопар пронесся мимо, громко гудя.

— Все в порядке?

Ко мне подошел один из охранников.

— Да, — рассеянно отозвалась я, не сводя взгляда с удаляющихся вагонов.

Там на одном из них я на мгновение смогла рассмотреть крылатую призрачную тень.

Всего лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы испугаться и отшатнуться.

«Хоторн! Там был один из Хоторнов! И даже… возможно…

ОН

«.

Глава 2

Коннор Хоторн

— Может, стоит отправить тебя к Монрей на перевоспитание? Месяца на три?

Молодой сероглазый мужчина с кривым шрамом на левой скуле вальяжно откинулся на спинку сиденья и покосился на сидящую рядом брюнетку с короткими волосами.

— Отстань.

Симпатичная девушка старательно пыталась делать вид, что ее совершенно не трогают обидные ремарки друга.

В дорогом купе возопара было душно. Солнце нагрело вагон, и даже открытые окна не спасали от изнуряющей жары.

Настроения четырем путешественникам это не добавляло, а вот раздражение готово было в любой момент выплеснуться в небольшой конфликт.

— Сделали бы из тебя порядочную даму. Может, даже готовить научили. Потому что твоей стряпней только тварей тьмы травить, — снова хохотнул Дик и тут же охнул, получив от девушки хорошую затрещину. — Эй! Больно же!

— Зато бесплатно! — огрызнулась она, сверкнув светло-карими глазами сквозь длинную темную челку.

— Так и знал! — Дик почесал затылок. — За правду всегда страдают.

— Смотри, как бы еще не отхватил, страдалец. Еда ему моя не нравится! Ха! Вот и готовь сам!

— Это не мужское дело, — насмешливо произнес он. — А бабье.

— Ну раз бабье, вот сам и займись. Тебе-то до мужика расти и расти!

— Что?!

Сидящий напротив Рейн с трудом держал смешок и выразительно глянул на молчаливого друга: «Останови их, пока не поздно».

Но Коннор ничего не заметил. Мужчина вообще мало что замечал в последнее время, не сводя рассеянного взгляда с проплывающего мимо пейзажа.