Злолушка против!

Только не сейчас, не тогда, когда я только-только успела признаться в собственных чувствах, и то – не ему, а себе.

– Я вернусь, – уверенно и спокойно пообещал он.

Коснулся моих губ коротким поцелуем и шагнул в тревожно гудящую рамку портала. А мне осталось ждать. Казалось, время тянется бесконечно долго. Я боялась уйти от врат, не хотела пропустить момент возвращения мужа. Он ведь пообещал мне, что придёт. Чейз заботливо принёс мне стул из ближайшей гостиной, кто-то из горничных заварил чай. Внутреннее напряжение нарастало с каждой минутой, мне казалось, портал вот-вот оживёт,и когда врата действительно тихо завибрировали, я, измученная ожиданием, не сразу это поняла. Вскoчила, прижимая ладони к груди и настороженно вглядываясь в тёмную рамку.

Аларик выглядел бледнее обычного. Он где-то лишился плаща, безупречный сюртук был порван, глаза лихорадочно блестели.

– Я обещал, что вернусь, - тихо проговорил он, глядя на меня, а затем покачнулся, ухватился за ближайший столбик врат и медленно и страшно,точно подрубленное дерево, осел на пoл.

Подскочившие Морис и Чейз подхватили его под руқи и потащили в спальню. Я брела следом, не понимая, что делать, куда бежать, за что хвататься, почему все такие спокойные? Когда лорда уложили на кровать, стянули с него ботинки и накрыли одеялом, я наконец не выдержала и с истеричными нотками вскрикнула:

– Где целитель, ширрх вас всех загрызи?

– Не волнуйтесь, лэри, – тронула меня за руку одна из горничных. - Если лорд прошёл сквозь портал, значит, всё хорошо. Здесь его сила самого замка лечит. Отдохнёт немного, и к утру будет в порядке.

Конечно же, я никуда не ушла от провалившегося в беспамятство мага. Прислушивалась к тяжёлому неровному дыханию,то и дело трогала лоб, боясь, что начнётся жар,и безумно нервничала, что Аларик не приходит в сознание. В очередной раз смачивая его пересохшие губы водой, не выдержала и, чуть не плача, шепнула:

– Да очнись уже, сугроб бесчувственный. Сколько можно нервы трепать?

Веки снежного лорда дрогнули,и он хрипло отозвался:

– И это вместо «как я рада тебя видеть, дорогой муж».

Только очнулся – и уже язвит. А еще меня Колючкой называл. Но cейчас я была готова простить ему любые шутки.

– Живой! – выдохнула я, присаживаясь на край кровати. Обняла бы мужа, но боялась, что случайно задену возможные раны. Робко коснулась плеча и повторила: – Живой!

– Ну извини, что разочаровал, – тихо хмыкнул Аларик.

Решил мои сомнения просто. Сам притянул ближе и поцеловал, вначале нежно, но с каждой секундой поцелуй становился всё требовательнее, а левая ладонь лорда и вовсе нахально поглаживала мою грудь.

Я отстранилась и нахмурилась:

– Ваша снежность, увлекаетесь!

– И эта женщина... называет меня... бесчувственным сугробом! – хрипло прозвучало в ответ.