Принадлежать им

— Ален… Ну так получилось… Ну срочно надо… Ты же знаешь, мы с ним делаем проект… Да он нормальный, Ален… Не страшный… — тут я покосилась снова на Сказочника, с каменной рожей изучающего что-то в своем телефоне, и постаралась спрятать промелькнувшую неуверенность в голосе, — он вообще безобидный…

Сказочник снова дернул углом губ.

Да блин!

Хоть меня не пугай, маньячелло!

— Короче, мне прямо надо. — Надавила я голосом, прекращая Аленкину истерику, — подожди его, передай мою черную сумку и все!

— Бли-и-ин… — застонала Аленка, и Сказочник как-то неправильно среагировал на ее стон, то ли качнулся, то ли дрогнул ноздрями, не поняла, чисто на животном уровне уловила самцовый, какой-то излишне острый интерес к подруге и снова засомневалась, правильно ли поступаю? — Ну ладно… — вздохнула она, и глаза Мити довольно блеснули.

Он дождался отмашки, кивнул и вышел за дверь."

"А я еще минуты три успокаивала ноющую Аленку.

— Перезвони мне, когда отдашь ему сумку, — в завершение разговора сказала я, — или напиши.

— Окей.

Я положила трубку, побродила туда-сюда по апартам, сделала себе чай, потом быстренько запекла рыбу в духовке, нарезала зеленый салат.

Поела.

Аленка не отзывалась, хотя по всем прикидкам, Сказочник должен был от нее уже уйти.

Не выдержав, я позвонила, но подруга не взяла трубку!

Всерьез струхнув, я позвонила еще раз.

И Аленка прислала смс: “Все ок, я сплю, потом наберу”

Я походила снова по апартам, почему-то переживая. Надо было дозвониться, черт! А вдруг он ее прибил? Ага, расчленил и сожрал… Глупости всякие в голову лезут…

Наконец, где-то через час, Аленка набрала мне, коротко сказала, что все ок и отключилась, не дав мне даже вопросы ей позадавать!

Голос у нее был странный, чуть запыхавшийся, и я решила, что она, наверно, собирается куда-то.

И вот теперь, уже, вроде бы, все нормально, можно выдохнуть…

А я все переживаю свое падение. Блин, да я из-за секса с двумя мужиками так не переживала, как свое предательство по отношению к подруге!

Что я за человек такой?

После еды меня морит, а, учитывая, что ночи у меня теперь крайне насыщенные и одновременно крайне скудные на сон, я решаю не ждать Жнецов и чуток покатать.

Одной тоже хорошо. Никто не орет под ухом. И никто не пялится жадно, с легкостью просчитывая все варианты. Ну, скучновато, конечно…

Так и засыпаю, с джойстиком в руках.

А просыпаюсь…

От того, что меня раздевают.

В четыре руки.

Вяло отбрыкиваюсь, потому что снится что-то такое… Тягучее. И из сна не хочется выныривать.

Но мои попытки легко блокируются.

Большой и тяжелый Артем тянет меня к себе на колени, уже с голой задницей, сажает спиной к себе, заставляя откинуться ему на грудь.