Злые клятвы

Он позволил своей любовнице неуважительно относиться ко мне. Черт, он не уважает меня, имея чертову любовницу. Но мое тело под его телом парализовано. Кензо слегка шевелится, его выпуклость трется о мою киску так, что внутри меня танцуют покалывания фейерверка. Я от стыда поворачиваю голову, чувствуя, что вся влажная от него.

Стыдно, как легко мое тело оживает от его прикосновений.

Лицо Кензо суровеет, когда он смотрит на меня, и я не могу не задаться вопросом, что у него на уме.

— Ну, продолжай, пожалуйста, чтобы я могла снова заснуть.

Он склоняет голову набок.

— Это наша брачная ночь, жена, — напоминает он мне. — Кто сказал, что ты собираешься спать?

Я фыркаю. Неженственно, я знаю.

— Если ты хотя бы на секунду подумаешь, что получаешь от меня что-то, ты ошибаешься.

Его лицо темнеет, как грозовая туча."

"— Я не собираюсь заниматься с тобой сексом, пока ты мне открыто изменяешь, муж. Надо было подумать об этом, прежде чем спать со мной, а затем приглашать ее на нашу (я цитирую это в эфире) свадьбу.

— Я не изменяю тебе, Эвелин, — говорит он мне.

— На седьмой странице журнала Elite Magazine написано другое, — напоминаю я ему. — Очень большое и красочное напоминание, которое увидит весь мир.

Он издает низкое рычание, проводя рукой по лицу.

— Она меня поцеловала, — признается он с усталым вздохом. — Я не ответил ей на поцелуй.

— Вероятная история, которую можно рассказать в нашу брачную ночь, когда ты захочешь меня трахнуть, — усмехаюсь я. — Это была не та мелодия, которую ты пел, когда я сказала тебе об этом.

Его рука обхватывает мое горло, но он не оказывает никакого давления.

— Я не рассказывал тебе никакой истории той ночью, — рычит он. — Если я правильно помню, я вообще ничего не говорил, потому что, что бы я ни говорил, ты мне не поверишь.

Я остаюсь тихим под ним. Нечего сказать. Потому что, в конце концов, я не знаю, могу ли я ему доверять и даже хочу ли я этого.

— Теперь мы вернемся к этому через секунду, — говорит он, его голос становится бессердечным. — Почему кто-то хочет тебя похитить?

Мои брови опускаются в замешательстве.

— Что? Я не знаю.

— Не лги мне, Эвелин.

— Я не вру, — настаиваю я. — Я понятия не имею, почему кто-то захотел меня похитить.

— Даже тот человек, который помог тебе сбежать три года назад? — он хлопает рукой по кровати рядом с моей головой. Я вздрагиваю под ним. — Сантьяго Альварес.

Я сглатываю, мои глаза расширяются, когда он произносит имя.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Твоя мать клонировала твой телефон, Эвелин, — говорит он. — У нее были все твои сообщения, включая те, что были отправлены Альваресу и от него.

Это многое объясняет о последних нескольких месяцах, предшествовавших моему побегу. Какая сука.