50 знаменитых любовников

Каждая победа над женщиной еще раз доказывает нам, что в объятиях у нас все они почти одинаковые…»

Впоследствии Эрмина написала и анонимно издала роман «Любовная дружба», в котором несколько идеализированный Мопассан фигурирует под именем Филиппа де Люзи.

В 1883 г. Ги познакомился с графиней Эммануэлой Потоцкой. Сумасбродная графиня, урожденная принцесса Пиньятелли ди Чергариа, дочь герцога де Режина и благочестивой римлянки, была женой графа Феликса Николаса Потоцкого, атташе при австро-венгерском посольстве. Супруги жили порознь, не считали нужным скрывать свой разрыв, хотя и сохраняли «приличия».

«Она не преклоняется перед властелинами мира, она свободна в своих мыслях (по крайней мере, я так полагаю), в своих сомнениях и в своей неприязни. Вот почему я так часто думаю о ней», — писал Мопассан о Потоцкой. Решительная, независимая, взбалмошная — такой он ее увидел и такую решил покорить. Их длительный флирт превратился в непрерывную череду разрывов, возвратов, малодушия, примирений, капризов, питаемый искренней дружбой и привязанностью.

Не менее длительной оказалась связь писателя и с молодой богатой красавицей Мари Канн, которая, кстати, была близкой подругой графини Потоцкой.

За восемь лет «любовной дружбы» Ги написал Мари более двух тысяч восторженных писем. Правда, цифра эта фигурирует в биографических источниках лишь со слов самой мадам Канн, так как ни одно из них опубликовано так и не было.

Известно еще одно имя не менее привлекательной женщины, с которой Мопассан довольно долго поддерживал любовные отношения. Это вдова композитора Жоржа Бизе, Женевьева Стро, вторично вышедшая замуж за состоятельного адвоката.

Ги не замедлил обольстить блистательную хозяйку одного из самых известных парижских салонов, отличавшуюся незаурядным умом и обаянием, постоянно подкрепляя свои чувства множеством довольно-таки фривольных писем. Между прочим, из переписки между Женевьевой Стро и Мопассаном можно узнать о тактике проникновения в светский салон, которой успешно пользовался сам писатель и которую так умело использовал Жорж Дюруа, герой его романа «Милый друг».

Несмотря на многочисленные признания в любви десяткам женщин, Ги так ни разу и не сделал решительного шага к женитьбе.

Такому отношению к браку способствовала и его мать, властная аристократка, не желавшая и слышать о супружеских намерениях со стороны любой женщины. А после смерти сына Лаура де Мопассан словно накинула покрывало на его прошлое. Когда кто-то спросил ее о внебрачных детях Ги, она гневно воскликнула: «Дети! Я не знаю никаких детей, кроме этих», — и показала на книги сына."

"К этому можно добавить и утверждение писателя Ш. Лапьера, хорошо знавшего Мопассана.