Заноза для хирурга (СИ)
Я так ждала встречи с новым главой отделения. А он… – Вы никогда не станете хорошим хирургом, – его губы кривятся, голос холоден. Сжимаю кулаки. – Эти ваши женские заморочки, – он небрежно жестикулирует, – здесь не пройдут! Хирургу нужны железные нервы и крепкая рука! – Как вы смеете?! – сорвавшись, подскакиваю ближе, шиплю ему прямо в лицо. Мы оказываемся непозволительно близко. Дышим одним и тем же воздухом. В его глазах вдруг что-то вспыхивает – зрачок расширяется, я вижу своё отражение, и в ту же секунду мужчина резко отшатывается назад. – Я всё сказал! Ну уж нет! Я докажу этому высокомерному хлыщу, что способна на многое, и заставлю его пожалеть о своих словах! ХЭ
– Я ещё не придумала для тебя страшное наказание, – делаю круглые глаза.
– Милая, я же попросил прощения! А ты сказала, что не сердишься больше!
– И что? – хмыкаю. – Мы, женщины, знаешь ли, не слишком последовательны в своих поступках.
– Никогда не замечал этого за тобой, – улыбается Никита. – Но я согласен на что угодно.
– Мне совершенно точно есть о чём подумать, – предвкушающе жмурюсь.
Нам во второй раз приносят еду, и на этот раз мы отдаём должное прекрасно приготовленным блюдам. Серьёзных тем больше не поднимаем, меня расспрашивают о поездке, я с удовольствием рассказываю, где была и что видела. Никита бывал в Риме пару раз, делится своими впечатлениями о городе. Вечер проходит незаметно, напряжение, державшееся во время сложного разговора, рассеивается без следа."
"Спокойно заканчиваем ужин, Никита расплачивается и вызывает такси. Потом снова обнимает меня, а я кладу голову ему на плечо. Он поворачивается ко мне, протягивает руку, осторожно ведёт по линии подбородка, склоняется к губам и нежно, еле прикасаясь, целует.
Отвечаю на поцелуй так же мягко и медленно. Мы как будто пробуем друг друга заново. После всего, что произошло, ощущения совсем другие. Но они быстро трансформируются, я чувствую, как напрягается грудь, а низ живота постепенно начинает наливаться тяжестью. По углубившемуся дыханию мужчины понимаю, что он тоже завёлся, и отстраняюсь.
– Поедешь ко мне? – спрашивает тихо.
Поднимаю брови, глядя в тёмные глаза. Но в глубине души понимаю – да, я хочу к нему поехать.
– Познакомишься с Бингли, – улыбается, продолжая тяжело дышать.
– Достойный повод, – улыбаюсь в ответ.
В его квартиру мы вваливаемся, целуясь так, будто хотим друг друга съесть, даже губам больно.
– Ну и где твой рыжий полубританец? – спрашиваю, стягивая с него куртку.
– Спрятался, скорее всего, – он не отстаёт, тянет за пояс на моём пальто. – Боится незнакомых.
– Мне подождать, пока он привыкнет? – вслед за курткой наступает черёд рубашки, которую я быстро расстёгиваю, вытаскиваю из брюк и провожу, слегка надавливая, ноготками по груди.
Мужчина втягивает воздух сквозь зубы.
– Ты же не против? – кладёт свои руки на мои, прижимая, а сам спиной вперёд двигается к комнате.
– Есть у меня парочка идей, как скрасить ожидание, – улыбаясь, иду за ним.
В спальне не даю себя обнять и отхожу на шаг.
– Ложись, – киваю на постель.
– Ты решила покомандовать? – он снимает до конца рубашку, соблазнительно улыбается.
– Я же обещала тебе наказание, – мурлычу в ответ.
Никита ложится на кровать прямо в брюках, поднимает одну бровь.
Сажусь сверху, оседлав его бёдра.
– Тебе не больно?
– Нет, и вообще, не думай об этом.
Я стаскиваю платье через голову. Он тут же тянется к груди, поглаживает.
– Нет уж, – отвожу проворные конечности в стороны.

















