Асфиксия

Тоня садится на диван, поджав под себя ноги. Теребит край блузки, на меня не смотрит, и у меня вспышкой рождается мысль, что мы обязательно все вместе вляпаемся в какое-нибудь дерьмо. Неизбежны разговоры о нас, особенно теперь, когда секс – это уже не основное, что нас связывает. Когда понимаю, что начинают примешиваться чувства. И самым верным будет прямо сейчас разорвать всё, вернуться к своей привычной жизни, к которой Лена не будет ревновать.

Но я не могу.

– Как день прошёл? – спрашиваю, садясь за стол и закуривая.

– Нормально. А у тебя?

– И у меня хорошо. – Делаю паузу, намеренно долгую, будто шанс услышать от Тони ответ на ещё не заданный вопрос. И когда молчание слишком затягивается, выдыхаю вместе с дымом: – Скажи, если бы тебе бабло было не нужно снова, ты бы не пришла ко мне?

Какая, к херам, разница, что стало причиной, если я получил то, чего желал? Но мне важно знать ответ на заданный вопрос, потому что хочу, чтобы Тоня приходила по собственной воле.

– Пришла бы.

– Отрабатывать деньги?

– Нет… Не только.

– Хорошо.

Снова замолкаю раньше, чем не сдержусь и не продолжу допрос.

Не только. Что кроется за этим её «не только» – чёрт его знает, вот только эйфории внутри от простых двух слов становится так много, что улыбаюсь снова как идиот.

– А для тебя?

Она вскидывает на меня свои огромные глаза, и снова чувствую, как по телу пробегает волна дрожи.

– Что для меня?

– Для тебя ведь это не просто отрабатывание мной денег?

Она или притворяется или слишком слепа в том, что очевидно. Долго смотрю на неё, щурясь от дыма, пока пальцы не обжигает спалённым до фильтра окурком. А она глаз не отводит, ждёт, и нет сейчас ни страха, ни кокетства, которое часто у баб бывает."

"– Ты же знаешь, что нет.

– А что дальше будет?

– А что должно быть дальше? Сейчас потрахаемся и разбежимся. Потом… не знаю, что потом. Ленка начинает мне руки выкручивать.

Опускает лицо и продолжает теребить край блузки. Как будто скрывает что-то, что знать мне не положено, и мне это чертовски не нравится. Может, Лена к ней наведалась? И если да, то о чём беседы вела?

– Тонь…

– Что?

– Есть что-то, что мне нужно знать?

Она мотает головой, снова заливается своим чёртовым румянцем, от которого у меня крышу сносило и будет сносить впредь. И произносит скороговоркой:

– Я не потому спросила, что случилось что-то. Просто не знаю, что будет у нас с тобой, и это…

– Напрягает? – подсказываю, когда пауза становится слишком долгой.

– Да.

Звонок в дверь отрывает меня от размышлений, который начинают атаковать со всех сторон. Или я идиот, если вижу то, чего нет за словами Тони, или… я идиот, если от того, что успел придумать, внутри кайф появляется. Просто от её слов. За которыми, вероятнее всего, ничего не стоит.