Баба Люба, давай!

В комнату к девушке пришли Фель и Оника под отводом глаз, а потом и Ливалиэль с мужем, тоже тайно, конечно. Вновь обсуждались дела государства. Люба торжественно вручила ключ Даинору, и принц ушел в свою комнату посмотреть, что за сюрприз оставил ему менталист. Через десять минут он вернулся, сияя, как начищенный чайник.

— Да там компромата на всю верхушку! — заявил он. — С ним мы прижучим и регента, и его прихвостней.

— Кстати, мне кажется, я догадалась о причинах такого поведения Шариана, — вдруг подала голос Оника, которая до этого нечасто вмешивалась в разговор.

Все посмотрели на опытную ведьму.

— У Вильены на сознании стоит блок, причем, явно видно, что этот блок поставила она сама.

— Что?! — изумилась Люба, — я сама от себя хотела что-то скрыть?"

"— Нет, скорее всего, ты хотела скрыть что-то от Шариана. Полагаю, это были знания о вмешательстве в его сознание. Я посмотрела, у тебя заложена страница с постановкой блоков в учебнике.

— Шариан сильный ментальный маг. Он мог этот блок ногтем сковырнуть, — засомневался Фель.

— Мог бы, если бы знал, что он стоит на её сознании. А он просто не проверил.

Полагаю, что был уверен, что ведьмы в принципе не способны на него воздействовать, ибо слабы. Мужчины, особенно жистралийские мужчины, относятся к женщинам снисходительно, — объяснила Оника.

— Да так и есть! Мужчины тут вообще считают, что у женщин нет мозгов, — подтвердила Ливалиэль.

— И нам остается только этим пользоваться, — с хитрой улыбкой сказал эльфийский принц, бросив взгляд на свою жену.

— Оника, а ты можешь снять блок? Если да, то давайте проверим, — предложил Фелионор.

— Думаю, что могу, — кивнула Любина наставница, — но мне нужны время и тишина.

Поэтому предлагаю перенести следующий совет на завтра. Кстати, Вильена, ты ведь можешь вернуться в академию и жить там.

— Я подумаю, — ответила Люба, — пока останусь здесь, помогу Даинору.

Возвращаться в академию девушке не хотелось. Фель обмолвился, что ректором там стал Тортис, и Люба была уверена, что лорд Кетрей её в покое не оставит. И, самое главное, ей не хотелось расставаться с принцем.

Вскоре все, кроме Оники, покинули комнату. Наставница быстро сняла блок, и на Любу обрушился поток воспоминаний о том, как она гипнотизировала Шариана.

— Ох, голова, как из ваты, — пожаловалась девушка.

Несмотря на обезболивающее заклинание, головная боль не проходила. Оника посоветовала ученице принять ванну и ушла. Весь этот длинный, суматошный день лишил Любу сил. Лежа в ванной, она, наконец, смогла расслабиться и успокоиться.

Когда Люба в ночной рубашке и в халате вошла в спальню, на кровати, заложив руки за голову, лежал Даинор.

— Ваше высочество, а что вы забыли в моей постели? — насмешливо поинтересовалась она.