Баба Люба, давай!
Дочка ректора академии магии убила провинциальную аристократку, приехавшую поступать. Чтобы скрыть преступление, ректор решается призвать другую душу.В нашем мире, прожив долгую жизнь, умерла бабушка Люба. Каково же было её удивление, когда она вдруг услышала:— Гражданочка, не желаете здоровое молодое тело в новом мире?Наша соотечественница, конечно, желала, но мошенников научилась вычислять по голосу, поэтому соглашается, только изрядно поторговавшись.И теперь баба Люба в теле бедной аристократки, но где наша не пропадала? Да и ректору не позавидуешь: притащил из другого мира душу закоренелой феминистки! Держись, академия, революция грядет!
Миновав скудно освещенный коридор, ведьмы оказались в небольшой комнате. Кроме двух стульев и шкафа, никакой другой мебели тут не было.
— Что ж присаживайся и начнем разговор, — пригласила Оника.
Обдумывая, как себя повести с ведьмами, Люба пришла к выводу, что лучше частью информации поделится добровольно. Тем самым она покажет, что готова сотрудничать настолько полно, насколько это вообще возможно в её положении.
— Подозреваю, что у вас ко мне накопилось много вопросов, я готова на них ответить. По крайней мере, на те, что смогу, без вреда для своего здоровья, — начала Вильена.
Оника чуть склонила голову и приподняла брови. Желтые глаза смотрели с удивлением. Она явно не ожидала такого откровения от девушки.
— На тебе клятва? — верно поняла её слова желтоглазая.
Вильена только кивнула.
— Ожидаемо… Надеюсь, ты понимаешь, что мы не можем оставить без внимание появление демонолога, который провел обряд…
— А с чего вы решили, что это обязательно демонолог? — перебила Люба, — я не демон.
— Не демон, — согласилась Оника, — но знания, которые использовались, чтобы провести ритуал, относятся к демонологии.
— Огонь тоже опасен, — начала спорить Вильена, — но на огне можно приготовить еду для голодного, огнем можно обогреть замершего, а можно убить. Смотря в чьих руках он находится. Никому не приходит в голову запретить огонь, потому что он опасен.
— Без огня невозможно прожить, а вот без этих знаний — вполне, — аргументировала Оника. — Умение переселять души — это возможность жить вечно. Сколько людей захочет так продлить жизнь? Допустим, можно будет использовать тела преступников или душевнобольных, но всегда есть те, кому плевать на законы.
— Но ведь можно ограничить круг людей, которым доступна эта информация, — уже не так решительно сказала Вильена.
— Конечно, можно! Но как понять, кому можно дать такие опасные знания? Кто это будет решать? А соблазн велик. Как мы можем знать, что выберет человек, когда окажется на грани смерти? Или когда при смерти окажется его близкий? — вкрадчиво поинтересовалась Оника, казалось, её желтые глаза светились, — я даже в себе не уверена. Как я могу доверить эти знания другому?
Люба молчала, от взгляда ведьмы мурашки прошлись по коже.
— Вижу, ты все правильно поняла, — выдержав паузу, сказала Оника. — После войны мы еще много лет разыскивали и истребляли одержимых и демонологов. Я объездила всю Жистралию, была во Фрекийции, Арконе, Цилийском халифате и еще в десятке стран.












