Баннерет

Кажется, разворачивающаяся в этих краях история собиралась обрасти новыми, весьма занимательными подробностями.

— По той, что затраханному Пешику приспичило стать здешним бароном, — зло сплюнул бандит, — Вбил себе в голову, что ежели приведёт всю округу к единой власти, так ему вельможа из Вестгарда ярлык на баронство выдаст. Ну и как детки старого милорда перевелись, такно он сразу начал со своим войском все окрестные хутора объезжать. Заставлял присягать ему на верность, да налог в евойный карман, значится платить. Ну а мы не захотели гнуть перед ним шеи.

Решили, стал быть, своим умом жить. Этого они вам, поди не рассказали? Может быть не рассказали и про то, что ихний затраханный старьёвщик лихо то пробудил, когда полез своими загребущими руками в вещи покойного колдуна?

— Даже так… — я снял латную руковицу, хотел почесать затылок, но пальцы натолкнулись на холодный металл шлема, — Интересная картина вырисовывается. Особенно, учитывая, что сами же Риверграссцы последнего из бароновых деток и прикончили. Знаешь, что… — я покосился на бандита, — Мы, пожалуй, не будем тебя убивать.

У меня лично против тебя ничего нет, да и за это нам не платили. Но тебе придётся прогуляться с нами. До Пешика. Хочу посмотреть, что он скажет на твои обвинения.

— Спасибо вам, милсдарь, — главарь бандитов поклонился в пояс, — Я так и думал, что человек вы благородный, и вас просто запу…

— Осади, — перебил его я, — И вместо того, чтобы бить поклоны, собери себе в эскорт шестерых человек. Если говоришь правду, то Пешик наверняка попытается тебя убить. А у меня, сам понимаешь, нет особо интереса просить своих людей класть за тебя головы.

— Понимаю и ещё раз благодарю, — поклонился бандит, а затем обратился к своим, — Вит, Михал, Лукаш, Радек, Яков, Томаш. Вам сир рыцарь персональную амнистию выписал. Найдите себе какой-никакое оружие да пойдем прогуляемся до Риверграсса. Взглянем в глаза этому выблядку затраханному.

Из толпы пленников тут же вышли шесть рослых и плечистых мужиков. Кивнули своему главарю и разбрелись по двору, в поисках хоть чего-то, что могло послужить им оружием.

Пока они возились, к нам подошёл Вернон.

— Все раненные погружены и готовы к транспортировке, — отчитался лекарь, — Двоих ополченцев придётся оставить здесь, под присмотром местного знахаря. До деревни мы их не довезём. Но если ты не против, то завтра я вернусь и, если они будут ещё живы, прооперирую их, как сумею.

— Не против, — кивнул я, — Тела забрали?

— Наших — да, — кивнул парень, — Ополченцев придётся пока оставить. У нас не хватает места на телегах.