Баннерет

— Твои люди останутся здесь, — бросил я Любошу, — Не думаю, чтобы им или тебе сейчас что-то угрожало. А ты пойдешь со мной. Поговорим со старостой. Порасспросим у него, как так получилось, и как мы докатились до жизни такой. Айлин, — я с сомнением покосился на девушку. Та стояла и безучастно смотрела куда-то в пустоту, не реагируя ни на мой голос, ни на резкие окрики Бернарда, ни на сновавших вокруг солдат и кметов, — Ты с нами?

Внезапно, девушка повернула голову.

Смерила меня долгим, тяжелым взглядом. Кивнула, не произнеся при этом ни единого слова. Я молча кивнул в ответ. Как и с Одрином, слова сейчас были излишни. Мы поняли друг друга и без них.

Дверь оказалась незаперта. В просторной горнице царил мягкий полумрак, разгоняемый лишь крохотным, то и дело подрагивавшим язычком пламени, плясавшим над почти догоревшей свечой. На грубых бревенчатых стенах отпечатались длинные, чёрные тени.

Сам хозяин сидел за столом. Перед ним стоял пузатый полупрозрачный пузырь, с мутной жидкостью внутри и небольшая медная стопка. Глаза старосты влажно блестели. В помещении стоял крепкий дух сивухи. Пешик был пьян.

Когда мы вошли, староста нервно дёрнулся. Хотел что-то сказать, но увидев Любоша, так и замер с открытым ртом, не произнеся ни звука. Бандит же, напротив. Ни капли не смутился. Деловито подошёл к столу, отодвинул один из стульев и уселся напротив Пешика, подтянув к себе пузырь с брагой и стопку.

Налил. Осушил залпом. И наконец-то нарушил тяжелую, напряженную тишину, повисшую в горнице.

— Ну здравствуй, братец, — ухмыльнувшись, тихо произнёс он, — Бьюсь об заклад, не ожидал ты меня здесь увидеть.

— И верно. Не ожидал, — мрачно констатировал Пешик, подтягивая бутыль к себе, — Думал, ты уж на шибенице болтаешься, как и положено любому бандиту.

— На шибеницах не только бандиты имеют обнокновение висеть, — подмигнул ему Любош, — Но и убивцы собственных господ.

Да и узурпаторы, тоже нередко там оказываются.

И тут до меня наконец-то дошло, почему внешность бандита показалось мне такой знакомой. Почему Пешик вчера был мрачнее тучи, а сегодня, похоже, от зари не просыхал. Сходство черт лица, повадок, голоса. Нет, об ошибке не могло идти и речи. Эти двое… были братьями.