Баран и жемчуг

Она побледнела, а потом тихо спросила:

– Он… сильно страдал?

– Нет, – Морис, всё же, заставил себя соврать, и понадеялся, что получилось правдоподобно. – Он умер быстро. Я был рядом с ним до конца.

– А я не была, – она держала в ладонях фиалку и смотрела на неё, но слёзы больше не лились.

Странно, что она расплакалась из-за цветка, а теперь не плачет.

– И на похороны я не приехала, – сказала леди Маргарет безжизненно. – Мне надо хотя бы съездить на его могилу.

– Не надо. Там пока не до вас, – сказал Морис. – Столица сильно пострадала во время войны. Да и на дорогах ещё неспокойно. И весна сейчас. Вам надо заниматься замком, землями… Овец там стричь…

– И баранов! – выкрикнула она ему в лицо.

Морис не успел её остановить, как она бросилась куда-то через двор, свернула за овин и пропала из виду.

Он нахмурился, прикидывая – надо ли бежать следом. Но потом рассудил, что «баран» – это, понятное дело, относилось к нему, а значит, можно обидеться и не пойти утешать эту взбалмошную и капризную девчонку. И сберечь себе нервы и время, потому что для неё он хорошим всё равно не будет. А он приехал сюда не утешать и слёзки ей вытирать, а выполнить волю умершего боевого товарища. Так-то.

Первым делом Морис отправился в баню, а потом, натянув предложенную служанкой рубашку, выспросил, в какой стороне находится земля Дофо.

Здесь было недалеко, и Морис, оставив Бобика в конюшне Сегюра, отправился пешком. Прогулка не повредит, и как раз успеешь просохнуть после мытья.

Пройдя по гребню холма и спустившись в низину, Морис понял, что на землях Дофо была совсем другая проблема, чем в Сегюре.

На всём пути ему встречались загоны с овцами, пастухи перегоняли отары с места на место, и отары были бесконечными – не в пример стадам леди Маргарет. Она говорила, что у неё не слишком много овец, поэтому не все луга Сегюра освоены, а у Дофо скота было с переизбытком. Но земля здесь уже скудная, мало травы. Да, эта семейка очень заинтересована, чтобы прикупить или раздобыть даром луг, а то и два.

Саблю Морис не взял с собой намеренно, но и без сабли на него косились, как на двухголового. Он уже почти дошёл до дома хозяев – и никто из работников не посмел его остановить. Зато у дома – двухэтажное добротное строение, совсем новенькое, кстати – его встретил Эдвард. Жених леди Маргарет куда-то шёл с охапкой бумажных листов и, увидев Мориса, остановился как вкопанный.

– Что вам угодно? – спросил жених дрогнувшим голосом.

Морис почесал затылок и предположил:

– Со старшим поговорить? Кто у вас тут старший? Брат? Отец?

– Отец, – ответил Эдвард, но продолжал стоять.

– Позови, – велел Морис, и парень попятился, отступая к крыльцу, а потом стрельнул в дом, обронив по дороге пару листов.