Право на отцовство

Маргарита Николаевна их встречала в дверях, как и полагается добродушной хозяйке. Пакеты от Павла тоже не оставили её равнодушной. И даже если и было заготовлено что-то скабрезное, то оно не сорвалось с губ бабушки.

– Да куда ж столько-то… зачем…

– Чтобы лишний раз не выходить из дома в мерзопакостную погоду. По прогнозам в ближайшие дни снег с дождем. Ничего приятного не предвидится.

Павел Дольник умел очаровывать, когда хотел.

Из-под опущенных ресниц Таня наблюдала за ним и родственницей. Да-а, это не первая её встреча с ним, когда Таня пряталась от Павла за креслом и думала, каким образом она могла не просто познакомиться с таким колоритным экземпляром, но и забеременеть от него.

Оказалось, проще.

Или… нет?

– Значит, вы, Павел, ресторатор.

– Маргарита Николаевна, ко мне нужно на «ты».

– Отлично. В правильном направлении движешься, Паша.

Таня сидела за столом, поставив локти на столешницу, соединив ладони в «чашу» и водрузив туда подбородок, и принимала неактивное участие в диалоге. Ей больше нравилось наблюдать, как бабушка раз за разом сканирует Пашу и прощупывает его на прочность, а тот не тушуется и парирует, получая удовольствие от общения с её родственницей.

Бабушка ему понравилась.

Он общался с ней с удовольствием.

Это было заметно невооруженным взглядом.

Пашу отвлек звонок. Мужчина извинился и вышел. Бабушка посмотрела ему в спину, одобряюще хмыкнула, подняв большой палец кверху, и резюмировала:

– Всё равно шалапут.

Как и обещала, женщина постелила Паше в зале.

– Это мне? – негромко спросил он, обращаясь к стоящей рядом Тане.

– Тебе.

– Шутишь?

– Нисколько.

– Рапунцель…

– Не рычи.

– Твоя комната где?

– Даже не думай. Моя комната останется девственно-непорочной.

Сон к Тане снова не шел. Понятное дело, она переживала накануне, а сейчас что не так? И подушка не на месте, и одеяло то слишком давит, то холодно ей, то жарко.

Не выдержав, Таня потянулась за телефоном. Но не успела его включить, как пришло сообщение:

«Спишь?»

По телу мгновенно растеклось тепло, и разом одеяло перестало доставлять дискомфорт. Таня села на кровати и быстро набрала ответ:

«Нет».

«Вот и я. Диван жесткий».

«Неправда!»

«Правда-правда».

«Завтра приедут Ксюша с Инной».

«Ты с темы-то не соскальзывай, Рапунцель! Говорю, диван жесткий. Пригласи к себе. Я осторожненько. Бесшумно. С краешка прилягу и буду вести себя как примерный отличник!»

«Я готова поспорить на любимую шоколадку, что в школе ты не был отличником».

Паша что-то начал писать, потом стер, и некоторое время карандаш оставался неподвижен.

Таня зажевала нижнюю губу, не в силах совладать с нетерпением.

Он тоже не спит. У них не было секса в прошлую встречу.