Право на отцовство

Тщетно…

Секунда, вторая, и он сорвался, начав двигаться навстречу общему оргазму. Ударяясь бедрами об её сладкое тело, слыша влажные и порочные звуки, извещающие, что его Рапунцель на грани. Что она кайфует от происходящего не меньше, чем он! Павел толкался в неё снова и снова, с филигранной точностью подводя их к сладостному итогу.

Таня кончила первой. Вскрикнула, зажала рот рукой, второй уперлась ему в бедро, ища баланс. Снова царапнула его… Паша ускорил темп и взорвался, втихую, как мальчишка, радуясь, что может заниматься сексом со своей девочкой без резинки и кончать в неё.

"Таня подалась назад, и Паша с готовностью прижал её к себе. Оба мокрые, довольные.

– Вот и сходи за водичкой, – чужой голос раздался за дверью. – Я вхожу. Вы там хоть прикройтесь немного… шалапуты…

Глава 22

– Хм… Так как вы, Маргарита Николаевна, являетесь главой семейства, то руку Татьяны я прошу у вас.

Двенадцать часов ночи.

Кухня.

И кольцо с бриллиантом опускается на стол.

То самое…

Таня думала, что самое нереальное, крышеуносящее с ней случилось в Вегасе, и абсурднее уже ничего в её жизни не произойдет.

Нет.

Произошло.

Таня готова была провалиться сквозь землю. И чем больше времени проходило с их «попадания с поличным», тем отчетливее укреплялось ощущение, что бабка знала, что будет.

Уж больно довольно та выглядела.

И не ругалась совсем.

Павел действовал быстро. Первым делом он спрятал Таню за своей спиной. И оперативно натянул боксеры. Прикрыл стратегически важную часть тела. Остальное… потом.

Бабушка в зал не зашла. Потребовала, чтобы они вышли. Вместе.

– Не пойду, – пропищала Таня, пряча лицо у Паши на груди.

– Прекрати, Рапунцель.

– Мне стыдно… Черт.

– Не ругайся. Это, во-первых. Во-вторых, ничего криминального мы не сделали. В конце концов, все мы взрослые люди.

Ага. Взрослые. Но стыдно-то как!

Это же бабка! Её бабка!

И той, в отличие от Татьяны, хоть бы хны.

Но кольцо ошарашило Таню ещё сильнее.

То есть… Что получается?

Паша ехал сюда делать ей предложение?!

Таня перевела взгляд с Дольника на довольную бабушку, которая откинулась на спинку стула и скрестила руки на пышной груди.

– Кольцо, значит. Предложение руки и сердца.

Уголки губ Паши дернулись кверху. Этот гад с трудом сдерживал смех! А главное, подыгрывал будущей родственнице! Идеально вписался в роль! И, кажется, только одну Таню сейчас лихорадило.

– Так точно.

– А сама девушка что думает? Спрашивал, Паш?

– Один раз она сказала мне «да», – усмехнулся Дольник.

Тут Таня не смогла промолчать.

– Я пьяная была.

– Мне тебя ещё раз напоить?

– Я беременная!

– А я, вообще-то, шучу.