Белый шиповник

А вдруг – это прошлые утехи, страшные мерзкие тайны его исковерканной души и ненасытного тела дают о себе знать! Тогда он пропал! Если выйдут наружу прежние увлечения молодости – конец надеждам на исцеление, Надя с таким человеком жить не будет. Но кто и как мог прознать? Видимо, придется пойти на нежданное рандеву!

Узнанная тайна превзошла самые худшие подозрения Евгения. Он встретился с Христиановым на следующий день, пополудни в указанном месте. Ростислав Еремеевич поджидал его на скамеечке под голыми каштанами, зябко кутаясь в воротник пальто. Сразу бросалось в глаза, что и пальто, и шляпа, и ботинки почти не ношеные, недавно приобретенные. Видимо, будущий супруг хорошо обновил свой потрепанный «в боях» гардеробчик за счет щедрот Лидии Матвеевны. Впрочем, князь его за это осуждать не имел права. В этом смысле они пребывали в одинаковом положении.

– Сударь! Ваше сиятельство! – Христианов встал и приподнял шляпу.

Верховский холодно кивнул, не удосужив приветствием.

– Благодарю, что откликнулись на мою просьбу о встрече, – произнес собеседник, ласково заглядывая князю в глаза. – Однако разговор наш предполагает быть не очень коротким, не изволите ли пройти куда-нибудь, где бы мы могли в тепле, за стаканом доброго вина обсудить наши дела?

– Какие у нас с вами могут быть дела? – брезгливо процедил князь. – Вы ухажер моей жены, и на самом деле я должен бы надавать вам по физиономии, а не вести светские беседы.

Выкладывайте поскорее, что у вас там, и разойдемся!

– Э, нет, нет, сударь, не спешите! Дельце совсем иного рода! Пройдемте же, а то я продрог весь, ожидаючи вас!

Чертыхнувшись, князь двинулся с новым знакомцем в небольшое кафе, где Верховский заказал себе коньяку, Христианов изволил того же.

– Выкладывайте, да поскорее! – потребовал Евгений, разглядывая собеседника.

Он представил себе, как нелепо Лидия будет смотреться рядом с таким тщедушным муженьком. Однако почему-то сразу в памяти всплыли косые насмешливые взгляды, которые он сам ловил на себе, будучи женихом.

– Сударь, мне придется начать издалека, образно говоря, от Адама. Некоторое время назад я служил в Н…ском полку, в том самом полку, где служил ваш покойный родитель.

– Что с того? – пожал плечами князь. – Вы же не воспоминаниями о моем папаше пришли поделиться?

– Как знать! В некотором роде и воспоминаниями, только не моими. Я в этом тюлку служил писарем…

– Стало быть, вы в боях с пером и чернильницей себе ногу-то покалечили? – перебил собеседника Верховский, но тот не обиделся и на губах его появилась улыбка, которая не предвещала Евгению ничего хорошего.

– Папашу вашего я не застал. Моя скромная служба протекала уже после того, как он вышел в отставку.