Беспощадный (СИ)
Я никогда не думала, что одна встреча может перевернуть всю мою жизнь. Он появился внезапно, словно ураган, сметая все на своем пути. Я отдала ему свое сердце, поверила каждому слову. Но чем сильнее я привязывалась, тем глубже падала в пропасть. Мне дорого обошлась эта наивность. Он растоптал мои чувства, уничтожил мои мечты. И цена, которую я заплатила за свою доверчивость, оказалась непомерно высокой.
Лисёнок отступает на шаг, глядя на меня с опаской:
— Демиан, я же не твоя собственность.
— Верно, — киваю. — Но пойми. Меня это напрягает.
Она молчит, обдумывая мои слова. Вижу, как в её глазах борются разные эмоции.
— Я постараюсь понять, — медленно говорит она. — Но и ты пойми: дружба для меня важна. Рой мне как брат.
От ее слов у меня все внутри переворачивается. Хреново осознавать, что кто — то настолько близок к ней. Я чувствую себя лишним в этой картине.
— Надеюсь, ты права насчет него, — глухо бросаю.
Она осторожно подходит ближе, берет мои руки в свои. От её прикосновения по коже бегут мурашки.
— У тебя все костяшки разбиты. Пойдем к тебе, обработаю.
Лисёнок тянет меня за руку, её шаги быстрые и решительные. Мы несёмся по кампусу, словно за нами гонится стая голодных волков. Прохладный ночной воздух бьет в лицо.
Добравшись до братства в рекордно короткие сроки, Мелисса без лишних слов ведет меня прямиком в мою комнату. Её уверенность поражает — она явно хорошо запомнила дорогу с прошлых визитов.
— Давно просекла, что это моя комната? — нарушаю тишину, пытаясь разрядить обстановку.
— Несложно было сложить два и два, особенно после второго раза, — отвечает она с хитрой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивается.
Отпираю дверь ключом, и мы заходим внутрь.
— Где аптечка? — спрашивает Лисёнок, оглядывая комнату.
Киваю в сторону тумбочки. Она молча достает коробку с медикаментами и командует:
— На кровать. Живо.
Подчиняюсь, хоть и неохотно. Чёрт, даже сейчас, когда она обрабатывает мои раны, я не могу выкинуть из головы мысли о её близости. Её прикосновения слишком нежные, словно перышко скользит по коже. Пытаюсь отвлечься разговором:
— Не впервой латаешь кого — то?
— В детстве Лука и Леон вечно приходили домой в царапинах. Мне нравилось играть в доктора, — отвечает она с улыбкой, не отрываясь от своего занятия.
При упоминании близнецов Диас меня передергивает. Я и забыл, что она из той же семейки. Интересно, насколько близки они сейчас?
— До сих пор общаешься с ними? — стараюсь, чтобы голос звучал нейтрально."
"— Сейчас не особо. Не виделись пять лет, только здесь снова сблизились.
— Даже не звонили?
— Неа. Я была ближе к их отцу, чем к самим близнецам.
— И как его зовут? — вырывается у меня, любопытство берет верх.
— Клаус, — просто отвечает она, заканчивая обработку ран.
— Клаус… — повторяю, пробуя имя на вкус.
— Ага, Клаус Диас, — подтверждает она.
— И как у вас с ним?
— Тепло. Он всегда был для меня вторым отцом. В детстве мы часто тусовались вместе. Клаус многому меня научил, всегда поддерживал. Даже когда я не общалась с Лукой и Леоном, мы с ним не теряли связь. Иногда кажется, что он относится ко мне лучше, чем к своим сыновьям.
















