Близняшки для потерянного папы (СИ)

Богданов ни при каких обстоятельствах не должен был узнать о нашей с Крис сегодняшней «случайной» встрече. Он запретил приближаться к своей сестре. Нам нельзя пересекаться. Здесь я с ним совершенно согласен.

— У меня есть чай из мелиссы, — вспоминаю. Тоня принесла. Она, как и Кристина, тоже его любит. — Будешь?

— Ты помнишь, — мягко улыбается. А у меня от этой улыбки сердце на миг застывает. Пропускает удар. Берет рваный ритм.

— Память хорошая, — подмигиваю. Стараюсь обесценить момент, иначе самому потом будет тошно. Потому что Кристину нужно отпустить.

Иду на кухню, наливаю чай. Себе делаю крепкий кофе. После вчерашней бессонной ночи засыпаю на ходу, а впереди еще очень много работы.

Шарю по шкафам в поисках чего-то съестного. Нахожу шоколад, ухмыляюсь. Горький. Прямо как мое состояние, блин.

— Держи, — протягиваю кружку с успокаивающим напитком гостье. Она принимает ее из моих рук.

На мгновение касается меня своими изящными пальцами. Меня всего ломает.

— Спасибо, — благодарит, так ничего и не заметив. Я рад. Отхожу в сторону от нее.

— Расскажи, что тебя напугало, — прошу. Будет отказываться, все равно заставлю признаться. Она кого-то до смерти испугалась, и я должен знать кого. Не могу допустить, чтобы Кристине хоть что-то угрожало. И дочке ее тоже.

В голове безостановочно крутится вопрос. Почему у Крис лишь одна дочь? Где вторая? Она была! Я точно знаю, что была. Ошибки быть не может.

Но, мать твою, где она?!

— Сейчас приедет Вадим. Тебе лучше побеседовать с ним, — уходит от ответа. Как всегда.

Крис, детка, если я что-то решил, то от меня не уйти. И тебе об этом прекрасно известно.

— Он сможет рассказать все более грамотно, — продолжает увиливать. — Не то что я, — еле слышно добавляет в конце.

— С твоим братом я позже поговорю, — произношу строго. — Мы во всем разберемся, не впервой, — ухмыляюсь.

Не отрываю от девушки внимания. Слежу за каждой эмоцией, что проскальзывает на лице. Она для меня как открытая книга. Или как клип иностранной песни с субтитрами. Все можно понять без слов.

Однажды я уже спас Кристине жизнь. И в тот момент окончательно разрушил свою. Потому что полюбил эту невероятную женщину всем своим безжалостным сердцем.

После того злополучного вечера не проходило ни дня, чтобы я не думал о ней. Не желал встретиться. Не вырывал свое сердце и не разрывал его на куски.

Крис табу. Она под запретом. Богданов прав, любовь к его сестре уничтожит и ее саму, и меня.

— Лучше расскажи про себя, — просит дрожащим голосом. Пытается казаться непредвзятой и независимой, но это далеко не так. Я вижу.

— Что именно тебя интересует? — спрашиваю в лоб.

Ответ на свой вопрос прекрасно знаю, он без труда читается по глазам. Но мне нужно его услышать.

Точнее, она должна набраться храбрости и задать его. Сама.