#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 21

Он видит, как пушка надёжно берёт на мушку его людей — тех самых телепатов, от которых зависел весь его план.

Я удерживаю мысленный канал, добавляя ещё каплю яда в его растерянное сознание:

— Ну что, Сын Неба, как тебе такое? Стоит ли игра свеч?

В этот момент он понимает окончательно: любой шаг в сторону агрессии обернётся катастрофой. Я готов прикончить его прямо здесь, в небе, — достойный конец для того, кто называет себя Сыном Неба.

Ци-ван молчит, и причины этому можно предположить разные. Но я думаю, дело в том, что он просто медленно соображает. Не потому что глуп — нет, он явно привык к более стратегическим играм, а не к оперативным решениям в полевых условиях.

Если вообще когда-либо оказывался в них.

Я замечаю, как под его доспехом дёргается кадык, а он шумно сглатывает. Он понял. О да, теперь он полностью осознаёт, на какой опасной грани балансирует.

Моя пушка остаётся надёжно нацеленной на его вертолёт, где уютно устроились телепаты. Один неверный шаг, одна попытка удара — и для них всё закончится быстрее, чем Император успеет осознать свою роковую ошибку.

Я наблюдаю, как Ци-ван лихорадочно оценивает ситуацию, его взгляд мечется, выискивая хоть малейший шанс.

Но он знает: если он хоть на мгновение прикоснётся мечом к шее Золотого Дракона, его телепатов разнесёт на куски. А что потом?

Он останется один на один с разъярённым Драконом, который либо скинет его вниз, словно мешок с рисом, либо, что вероятнее, превратит его в хрустящий тост прямо в воздухе. Ни один из этих сценариев явно не входит в планы «Сына Неба».

Ци-ван вздрагивает, словно от удара, затем медленно убирает одну руку от рукояти меча, а второй возвращает оружие обратно в ножны.

Ага, сдался. Молодец. Не придётся поджаривать тебя в прямом эфире, под прицелом камер, через которые за нами наблюдает весь мир.

Теперь Ци-ван сидит на спине Золотого Дракона, как стоптанная кукла, явно избегая любых лишних движений. Каждый мускул его тела напряжён до предела, но он отчаянно старается сохранить хотя бы иллюзию достоинства. Его спина прямая, голова чуть приподнята, но вот руки судорожно вцепились в шипы Дракона, выдавая всё.

И тут в моей голове раздаётся знакомый голос Золотого, раздраженный и скучающий:

— Ну что, долго мне ещё таскать этого муравья на себе?

Я усмехаюсь:

— Ещё немного.

Потерпи. Но, знаешь, давай напоследок подарим ему незабываемые впечатления. Сделай так, чтобы он вспоминал этот полёт до конца своих дней.

— Даня, что ты задумал? — спрашивает Камила, подключенная к каналу.

— Сейчас увидишь, — с предвкушением отправляю Золотому Дракону схему следующего манёвра. Он, уловив замысел, фыркает с лёгким раздражением, но соглашается."

"— Ну, держись, Сын Неба, — бормочу себе под нос, глядя на экран, уже готовясь разразиться смехом.