Босс для зайки

— Ты родную мать выгоняешь? — охает Кристина.

— Да что ж такое, — рычит Михаил и шагает прочь, всплесну руками. — Я удивлен, что ты отца с собой не притащила.

— А его после лобстеров и устриц пронесло, — Кристина оглядывается, — а я ему говорила, кушай, дорогой, мое оливье. Нет же! Накинулся на эту жуткую жуть! Вот после моего оливье он бы был огурчиком, но нет, сидеть ему на унитазе до вечера.

— Мама!

— Да я этот оливье весь вечер строгала!

— Зачем? У вас же повар?! — Михаил в ярости разворачивается к матери. — Повар, мама!

— Оливье должна уметь готовить каждая хозяйка, — Кристина улыбается и смотрит на меня. — А ты умеешь?

Я не успеваю ответить, как она говорит:

— Научу.

— Мама…

— Оденься, Миша! — повышает голос Кристина, — а потом мамкай! О, — она переводит взгляд на тарелку, — омлетик. Какой симпатичный.

Ставит банку оливье на стол, берет вилку, а я коршуном кидаюсь в ее сторону. Хватаю тарелку с омлетом и отскакиваю к холодильнику.

— Жадничаешь?

— Его лучше не пробовать…"

"— Почему? — скидывает шубу на стул и шагает ко мне с вилкой. — Отравила?

— Пересолила.

— Дай попробую.

Кружим вокруг обеденного стола. Я пячусь, а Кристина с улыбкой напирает на меня:

— Маленький кусочек, Настенька.

— Покушайте лучше салатик.

— А я хочу омлет. Я от тебя не отстану. Дай попробовать.

Останавливаюсь, протягиваю тарелку, и Кристина подхватывает маленький кусочек моего кулинарного изыска. Отправляет в рот, причмокивает и прижимает пальчики с аккуратными ноготками ко рту:

— Да ты, милая, влюбилась по уши, — хватает салфетку и сплевывает. — Но текстура нежная.

— Спасибо…

— Ничего, позавтракаем оливье, — Кристина смеется и лезет в шкафы за тарелками.

— Мне бы тоже не мешало одеться, — отступаю, возвращаю омлет на стол и пячусь в гостиную.

Кидаюсь в прихожую. Своей пижамы не нахожу. В панике хватаюсь за волосы. Не побегу я в футболке и трусах по морозу. Да и пижама так себе защита от холода, но хоть что-то. Бегу вверх по лестнице, врываюсь в спальню к Михаилу и вскрикиваю:

— Где моя пижама?!

— Не знаю, — Михаил натягивает футболку.

— Мне надо домой! — кидаюсь к телефону, а он не реагирует. Разворачиваюсь к Михаилу. — Одолжите телефон. Я вызову такси.

— Нет.

Я вспыхиваю жутким смущением. Я и он… О, господи! А потом его мама… Все видела!

— Мама и тебя отправила одеться? — вопросительно приподнимает бровь.

— Я сама…

— Никакой пижамы, Настюша, — ныряет рукой на полку шкафа и кидает мне тонкие хлопковые штаны. — Затянешь шнурок, штанины закатаешь.

— Я не могу, — цежу сквозь зубы. — Я не спущусь! Там ваша мама собирается кормить нас оливье.

— Мы можем уже на ты, Настенька, — Михаил подплывает ко мне и скалится в улыбке, — и да, оливье придется скушать. Очень не советую препираться с моей мамой. Она чудовище.