Буду покорной

Потому что остальные гости клуба спокойно обсуждали происходящее и одобрительно кивали. Клим все это время спокойно потягивал свой сок, не сводя взгляда с распятой над сценой девушки.

Когда пальцы Мастера легонько коснулись сосков девушки, она негромко простонала. Он не бил ее, не сжимал. Просто проводил пальцами по напряженным горошинкам, а она закатывала глаза от удовольствия, и ее грудь все чаще вздымалась.

– Она уже у самого края, – шепнул мне на ухо Клим, и я вздрогнула. Посмотрела на него, а он кивнул в сторону сцены. – Смотри туда.

И он был прав. Девушка стонала все громче от простых поглаживаний сосков. Как такое вообще возможно в принципе?

– Когда он передавил ее грудь, к молочным железам прилила кровь, сделав кожу и соски особенно чувствительными, – прояснил Клим, словно читая мои мысленные вопросы. – Мало того, что ей доставляет удовольствие само действо – психологической воздействие – так еще и физические довольно грубые прикосновения. Теперь он просто поглаживает ее соски, и она ощущает эти прикосновения острее, потому что ее чувствительность усилилась в разы. Она действительно сейчас каждое прикосновение чувствует как ожог. Приятный и острый, который проносится по всему ее телу, выстреливая прямиком в пах."

"От его слов, тона голоса и того, как дыхание у моего уха колыхало тонкие пряди не до конца собранных волос, у меня начала кружиться голова и пересохло в горле. Я смотрела на девушку, но как будто сама ощущала пальцы на своих сосках. Как будто это у меня между ног остро простреливало удовольствие, словно это я там висела на веревках и тряслась в ожидании пика. Мастер наклонился к уху девушки и что-то прошептал ей, а потом еще раз коснулся сосков, но теперь легонько сжал их, и зал прорезал хриплый стон. Девушка забилась на веревках и крепко зажмурила глаза. Мастер выпрямился и с довольным лицом погладил ее по голове. Зал начал аплодировать.

Я продолжала в шоке пялиться на сцену даже тогда, когда двое мужчин спустили веревки и Мастер унес девушку на руках куда-то в темноту. Я никак не могла прийти в себя от увиденного. Разве так можно было? Я чувствовала, что вспотела, что мое дыхание сбилось и теперь вырывалось из меня рывками.

– Он мог бы вообще ее не касаться, и она достигла бы оргазма, – сказал Клим.

Я посмотрела на него расфокусированным взглядом. Он улыбался со знанием дела. Такой самоуверенной улыбкой, что в другой ситуации ее хотелось бы смазать с его лица, как минимум, пощечиной. Но я была в такой растерянности, что никак не могла собрать себя воедино.

– Это невозможно, – пробормотала я, но он услышал.

– Я могу довести тебя до оргазма тем же набором игрушек, который передала моя помощница, при этом не касаясь явных эрогенных зон. Ты можешь даже остаться в белье.