Будущие, или У мечты нет преград

Так она того и гляди выдаст меня. А этого нельзя было допускать.

— Эй, успокойся, — натянуто рассмеялась я. — Ты права. Глупая идея.

Но она продолжала буравить меня напряженным взглядом, отказываясь успокаиваться.

— Сильвия, я пошутила.

— Ты клянешься, что не сделаешь это?

— Клянусь, — легко соврала я. — Прости, сама не знаю, что говорю. Это от безысходности. Все нормально.

— Одетт, это страшный проступок, после которого все изменится. И пути назад не будет, — вновь попыталась вразумить меня подруга, слишком хорошо меня зная, чтобы так легко поверить.

— Да знаю я, — рассмеялась в ответ, снова падая на кровать. — Знаю. Честь, достоинство и невинность аристократки. Такое не прощается и не забывается."

"Никем. И даже Алисетом Валкотом. Особенно им.

Дерек обвинял меня в том, что я специально тянула до вечера свадьбы, чтобы скандал получился самым огромным и страшным.

Он ошибся.

Я нашла кандидата. Купила, отдав большую часть своих драгоценностей. Договорилась, обсудила все детали.

…И испугалась.

Решиться на такое было страшно.

Это на словах все легко и просто. Пригласить мужчину в свои покои и разделить с ним постель. Я знала, что происходит за закрытыми дверями после свадьбы и поэтому волновалась еще больше.

Поэтому и тянула. До последнего. До праздника по случаю свадьбы. И уже собиралась отказаться, признать поражение…

Все изменил один танец.

Карабеска — традиционный танец, который принято танцевать лишь в двух случаях: в вечер перед свадьбой и на самом торжестве.

Единственная возможность жениха и невесты оказаться рядом в вечер свадьбы, когда по нормам этикета запрещено приближаться ближе чем на пару метров. Скорее всего это правило было придумано для того, чтобы страсть и ожидание к окончанию вечера достигли апогея и во время танца эмоции и чувства выплеснулись наружу. На потеху разношерстной компании.

Глоток откровения с капелькой скандала, который был позволителен в рамках закостенелого общества.

Чувственный, глубокий танец, солгать во время которого просто невозможно.

И моя последняя надежда…

На что? Ох, Великие, если бы я сама знала, если бы позволила себе признаться, не таясь и не боясь. Но и тут проклятое упрямство Корвилов сыграло со мной злую шутку.

Я ждала и боялась этого танца, словно предчувствовала беду, знала, как много сейчас поставлено на карту.

— Карабеска! — громко провозгласил слуга и трижды стукнул толстым посохом о пол.

Эти удары эхом отозвались в огромном зале, заставив меня испугано замереть на месте и обернуться, пытаясь найти в толпе того, кого старательно избегала последние несколько дней.

— Одетт? — позвала меня Селина, стоящая рядом.

Она вообще старалась не отходить от меня ни на шаг, наблюдая и контролируя даже больше, чем родная мать.