Бывшие. Мне не больно (СИ)

Иначе я даже не представляю, что делать, честно.

— Ш-ш, ну все-все, не плачь. Хочешь, я тебе песенку спою? — спрашиваю у Темы, который настолько красный от непрекращающегося крика, что это начинает пугать.

— Мама часто поет ему, — деловито подсказывает Злата.

— Отлично! Ну, слушай. Грохочет гром. Сверкает молния в ночи, а на холме-е-е стоит безумец и кричит…*

— Он про мамонтенка любит, — закатывает глаза племянница.

— Я только КиШа знаю, — из головы реально разом все песни исчезают.

Слышу шорох в коридоре, и в дверях появляется Таня. С души падает огромный булыжник, аж дышать становится легче. Зареванная — капец. Глаза виноватые. Знаю, детка, тебе больно, но ты даже себе не представляешь, как ценно то, что ты вернулась. Я тебя вылечу, обещаю. Буду рядом. Всегда. И детей мы с тобой целую ораву нарожаем, клянусь. Трястись еще как квочка будешь над ними. Не выпущу тебя из объятий. И упасть не дам.

— Что у вас случилось? — сглатывает и спрашивает нервно.

— Меня попросили посидеть с детворой. Артем резко начал плакать. Я пытался его покормить, смотрел подгузник, но ничего не помогает.

— А если позвонить Владу?

— Прямо сейчас они летят в самолете.

— Ясно, — говорит коротко.

Идет в ванную, и я слышу, как там течет вода. Таня возвращается через минуту. Лицо чистое — видимо, умывалась. Достает телефон и начинает звонить.

— Бабуль, привет. Нужна твоя помощь. У нас тут ребенок… Сколько ему?

— Четыре месяца, — отвечаем хором со Златой, которая сползла с дивана и внимательно наблюдает за Таней.

— Четыре месяца. Да, — подходит к Артему и неуверенно кладет руку ему на лобик. — Вроде не горячий. Ага. Ага. Ага. Поняла. Я перезвоню.

— Ну что там? — тут же спрашиваю.

— Бабушка сказала померять температуру и посмотреть десна. Сможешь?

— Давай я буду его держать, а ты посмотришь? — предлагаю.

— Я? — ахает.

— Ну давай Златку попросим, — хочется закатить глаза.

Таня фыркает и уходит. Снова моет руки, возвращается. Растирает ладони, потом трясет руками. Вижу, как они у нее подрагивают, но рыжая решительно протягивает ладони и отодвигает губы малышу.

— Бабушка сказала проверить десна. А тут у Артема красные шишки, — оборачивается к племяннице. — Злата, родители привезли детскую аптечку или что-то в этом роде?

— Да, — подрывается решительно и убегает в кухню, приносит оттуда сумочку. — Вот. А что вы ищете?

Они обе садятся на пол.

— Мне нужен нурофен. Это обезболивающее и жаропонижающее. А еще гель для десен.

— Я знаю! — подпрыгивает Злата. — Вот и вот.

Таня забирает у нее лекарства и проверяет, затем поднимает голову и неожиданно открыто улыбается:

— Спасибо, Злата! Ты настоящая умница!

Племянница рдеет и гордится, довольная собой.

Таня отмеряет шприцем лекарство. Через бой мы даем нурофен орущему Артему, мажем десна.