Черная смерть (СИ)

Надо было взять передышку хоть на часок. Прежде чем нас снова задушит город.

— Качка? — поинтересовался я.

— Не только, — возразила девушка, — Не пойми меня неправильно. У нас в отряде хорошие ребята, но за последнюю неделю я от них устала. Они иногда так смотрят… — Айлин поёжилась, — Меня аж дрожь пробирает. Ну и манеры у них… Не на высоте. Представляешь, один прямо при мне достал свой шланг и начал мочиться за борт. Даже не отошёл из вежливости. И только когда я ему пригрозила, что превращу его хер в горстку пепла, если не прекратит… Да и остальные в этом плане тоже стеснительностью не отличались.

— Ну, тут уж тебе придётся понять и войти в положение, — я пожал плечами, — Нам и так стоило больших усилий выбить хотя-бы одну комнату под сортир, чтоб хотя-бы дамы не были вынуждены ходить за борт. Вот только для второй такой на барке просто не было места. Я тоже чтоб ты знала, справлял нужду именно туда. Не сходить же на берег, каждый раз, как кому-нибудь приспичит поссать.

— Да знаю я, — отмахнулась Айлин, — И всё понимаю. Просто всё это смешалось в одну кучу и… В общем надо было от этого отдохнуть. Кроме того… — девушка замялась, пытаясь подобрать нужные слова. Её лицо внезапно посерело. Плечи осунулись. Она зябко поёжилась, — Кроме того всё это мелочи, по сравнению с другим.

— Чем, — поинтересовался я, подгоняя пятками Гневко. Конь почему-то начал встревоженно стричь ушами, водить мордой и шумно втягивать носом воздух. Странно. Раньше он вёл себя достаточно спокойно. Может, устал выносить меня в качестве всадника? Или просто вновь буйный нрав разыгрался.

— Я тоже начала видеть сны, — мрачно бросила девушка, — И они мне совсем не понравились.

— Что увидела, — я легонько хлестнул Гневко поводьями. Дорога тут делала поворот, огибая скалу, но норовистый конь почему-то упорно отказывался идти дальше. Фыркал, бил землю копытом и стоял на месте будто вкопанный. С кобылой Айлин тоже происходило что-то странное. Она наклонила морду к земле и начала нюхать береговую гальку, изредка всхрапывая."

"Девушка ударила её в бока пятками и хлестнула поводьями. Кобыла неохотно подчинилась. Видя это Гневко тоже прекратил упрямится и понемногу побрёл вперёд. Но тревога его не покинула. Я буквально задницей и бёдрами чувствовал, что конь напряжен словно натянутая струна. В любой момент готов сбросить с себя седока и ударить в галоп, уносясь прочь от этой странной скалы.

— Я видела собственную смерть… — договорить девушка не успела. Мы всё-таки обогнули скалу. И увидели сына рыбака и двух стражников. Вернее то, что от них осталось.

На гальке лежала груда мяса. Три тела без рук и без ног.