Черная смерть (СИ)

— Но ведь вместе с храмовниками поляжет вся столица… — ошарашенно бросила девушка, — Мать… Да кто вообще способен на такое?

Между мансардами домов, нависающими над тесной улочкой и каналом, показался просвет. Послышались крики чаек. В привычный гомон людных улиц вплелись крики матросов и звон корабельной рынды. Мы выходили к порту.

— Мы уже видели того, кто на такое способен, — покачал головой я, — Вчера, на площади.

— Ты хочешь сказать… — начала было девушка, но тут же осеклась испугавшись собственной догадки.

— Да. Именно это я и хочу сказать. Они единственные у кого есть причина уничтожить орден. И они единственные, кому плевать на потери среди гражданских, — мрачно бросил я, — Ведь именно храмовники истребляли их словно скот, всего лишь за то, что у них были способности. А горожане либо стояли в стороне безучастно за этим наблюдая, либо вовсю помогали служителям культа, находить, пытать и убивать одарённых. Сама же помнишь…

— Помню, — брезгливо поморщилась девушка, — Отрезать пальцы, выколоть глаза, сжечь, а прах развеять на перекрёстке семи дорог. Забудешь такое. Мужа той колдуньи наверняка тоже ведь истязали у всех на виду.

— А толпа стояла и аплодировала, — кивнул я, — За что потом и поплатилась сотней убитых и раненных.

— Получается то, что происходит сейчас… — Айлин снова осеклась, испугавшей собственной догадки. Я продолжил за неё.

— Тоже месть. Только в куда больших масштабах, — я немного помолчал, пропуская мимо нас какого-то пёстро разодетого мужичка, спешащего к портовым пирсам. В руках он тащил большой опечатанный кожаный тубус, внутри которого едва слышно шуршала кипа бумаг. Мужик обогнал нас, на ходу поправляя изящную триольку (шляпа лучника) с торчащим из неё гусиным пером. Немного притормозил перед выходом из проулка. Выругался себе под нос и влился в пёструю толпу матросов, торговцев, солдат, горожан и куртизанок, сновавших вдоль пирсов.

Я на мгновение представил, что будет со всеми этими людьми через несколько дней, если наши догадки окажутся верны. Когда заражённые чумой крысы вырвутся из катакомб и начнут разносить её по улочкам города. По спине вновь пробежала струйка холодного пота.

— Ты ещё что-то хотел сказать, — слегка неуверенно напомнила мне Айлин.

— Да, — кивнул я, — Хотел. Это может быть не простая месть. А попытка победить в давно идущей войне. Уничтожить врага одним ударом, заодно навсегда запятнав его имя в глазах простого люда и знати. Чтоб он уже точно не смог подняться. Ведь именно орден поставлял в столицу зерно, из-за которого началась новая вспышка чумы. Именно его потом будут винить в гибели тридцати тысяч человек. И стоять за всем этим могут только одни интересанты.