Черная смерть (СИ)

Тяжелая латная рукавица с хрустом крошит пеньки гнилых зубов, отбрасывая наглую суку обратно за строй. Короткий рубящий удар снизу. На бледно-серой растрескавшейся коже через всю грудь появляется глубокий порез из которого тут же начинает хлестать кровь. Тварь, пытавшаяся поднырнуть под щит вскакивает, пытается бросится на меня. Но в следующую секунду ей в бок врезается копьё стоявшего рядом солдата. Выпад. Короткий колющий удар. Клинок погружается прямо во впадину, когда-то бывшую глазницей и пробивает череп насквозь. Тварь дёргается. Начинает судорожно размахивать лапами, надеясь освободиться из клещей в которые мы её зажали. Когти скрежеща скользят по звеньям кольчуги, впиваются в воротник гамбезона. Шаг назад. Резкий рубящий удар снизу. Кисть остаётся висеть на лоскуте кожи. В следующий миг он отрывается. Из раны хлещет бурая кровь. Тварь воет. Падает на землю. Начинает биться в предсмертных конвульсиях.

— Сомкнуть ряды! Сомкнуть ряды! — крик тут же тонет в гуле схватки. Мимо пробегает стрелок. Щёлкает тетива спускаемого арбалета. Тварь, отбросившая вырванный щит в сторону тут же падает на землю, расплёскивая по камням мостовой мозговое вещество вперемешку с кровью и осколками черепа. Уши закладывает тяжелый, низкий вой боевого рога, на несколько мгновений перекрывающий собой гул схватки.

Выдох. Шаг назад. Оглядеться. Наёмники и стража оттеснили монстров прямо к стене. Последние четыре оставшиеся на ногах твари прижаты спинами к камням. Пытаются бросится вперёд, вгрызться кому-нибудь в глотку, но спустя секунду им под рёбра вгоняются острия копий и пик. Над плотным строем солдат блестят металлические навершия алебард. В следующее мгновение они опускаются вниз. На залитую кровью и усыпанную телами мостовую летят отрубленные головы."

"— В городе. Они уже в городе! — раздавшийся позади нас крик заставляет всех обернуться. К нам бежит человек. Крестьянин. Одежда разорвана. На шее и груди огромная кровоточащая рана. Следы когтей. Он снова открывает рот. Пытается что-то выкрикнуть. Но в следующий миг его перебивает резкая команда капитана стражи. Щёлкают арбалеты. Крестьянин хватается за пробитую грудь. Пробегает ещё шаг. Другой. И падает на мостовую. На мгновение над полем битвы повисает тяжелая тишина.

— Разбиться по четвёркам. Прочесать улицы, — рявкнул командир городской стражи, нарушив молчание, — Найдете тварей, гоните к пристани. Наёмники, — капитан подбежал к нам, — Давайте к пирсам. Мы выгоним на вас оставшихся уродов и зажмём их в тиски.

Несколько секунд мы молча смотрели на него, пытаясь переварить увиденное.

— Какого ху… — первым молчание нарушил Тур.