Черная смерть (СИ)

Растрата… Разве что те три монеты, которые я отдал вдове. Но мы заработали гораздо больше, причём на ровном месте. Всё равно странно. И низкий боевой дух… С чего бы? Зараза, хоть бы более конкретные подсказки добавили. Ладно. Прибудем в столицу — будем с этим разбираться.

Наши повозки потихоньку тащились следом. Нагружены они, конечно, были куда скромнее, чем возы Яноша, однако волокли они не менее ценный и «хрупкий» груз. Помимо шатров, оружия, мешков с провизией и прочего мелкого хлама, сопровождающего наёмников в быту, на них ехали ещё двое раненных. Один с прокушенной икрой. Одна из сук почти вырвала из неё целый кусок мяса. Второму бойцу повезло ещё меньше. Открытый перелом разорвал мышцы на руке и вспорол кожу. И того и другого Вернон наспех подлатал ещё пока караван выгружался на берег в Малых Рифах, предварительно опоив их самогоном до беспамятства. Теперь эти двое спали, храпя и что-то невнятно бормоча, когда колёса их телеги налетали на очередной камень или выбоину в скалистой тропе.

— Как они? — поинтересовался я у Вернона, подъехав к телеге с раненными.

— Жить будут, — пожал плечами лекарь, — Только мало и хреново, если продолжат в том же духе.

— Особенности жизни наёмника. Тут ничего не попишешь, — пожал плечами я, — Что по прогнозу то?

— В этот раз, можно считать обоим повезло, — равнодушно бросил лекарь, подстёгивая лошадей поводьями. Те, недовольно захрапели, но всё-таки принялись усерднее втягивать повозку с раненными в гору, — Одрин скорее всего до конца жизни будет прихрамывать, однако недолго бегать и стоять в строю всё-таки сможет. Ульфу руку тоже отнимать не придётся. Если, конечно, рана не загноится, — Вернон замолчал, выплюнул соломинку, которую он жевал всю дорогу, покосился на бойца, предплечье которого опутывала пропитавшаяся кровью повязка, — Сустав не раздроблен. Сломаны только лучевая и локтевая кости. Причём сломаны хорошо, без осколков. Месяц ему придётся походить в лубке, да и потом рука будет слушаться чуть хуже чем обычно, но щит он держать сможет.

— Что ж, это хорошие новости. А как насчёт заражения? — я натянул поводья, чуть удерживая вырвавшегося вперёд Гневко. Коню явно было скучно медленно брести рядом с повозкой и постоянно норовил убежать вперёд.

— Никаких, — покачал головой лекарь, — Ни жара, ни почернения кожи вокруг раны, ни бессвязного бреда, ни кровавых волдырей. Возможно, командир стражи, скажем так, преувеличил опасность укуса. Либо нам просто повезло.

— Сомневаюсь, — возразил я, — Одного из его бойцов тоже укусили. И он зарезал его на глазах у всего городка, не дав бедолаге даже нормально попрощаться даже с женой и сыном. Для такого поступка у него должна была быть очень веская причина.