Бог Ярости

В его прежде мертвых глазах вспыхивает искра, и он рычит:

— В спальню. Сейчас же.

Он тащит меня за руку, но как только я встаю, его рот снова захватывает мой, и мы спотыкаемся о стол, прерывая поцелуй только для того, чтобы сорвать друг с друга одежду по пути в спальню.

Или, скорее, мою одежду. Я слишком одет, черт возьми.

К тому времени как мы добираемся до его комнаты, мы наконец-то обнажены. Я хочу изучить его великолепные мускулы и татуировки, но он прижимается грудью к моей и подается бедрами вперед, потираясь о мой твердый, утолщающийся член.

Я стону ему в губы.

Звук обрывается, когда он толкает меня на кровать и садится сверху.

Он целует меня в горло, ключицы и грудь.

— Бля… — выдыхаю я, когда он прикусывает сосок, закусывая зубами ореол. Сперма стекает по моей длине и капает на пресс.

— Мой. Каждый твой дюйм, блять, мой, — он стонет рядом с моей кожей, делая член тверже, мышцы напряженнее, а голову легче.

Он переключает свое внимание на другой сосок, посасывая и покусывая его и, вероятно, оставляя всевозможные следы, но я не могу сосредоточиться на этом.

Позже. Я буду думать позже.

Сейчас я хочу чувствовать.

Его член скользит вверх и вниз по моей длине. Наша сперма стекает по коже, и он использует ее в качестве смазки. Безумное трение усиливается, и я издаю нечленораздельные звуки, крехтя и постанывая. Мои бедра дергаются, инстинктивно потираясь о его член. Капли спермы покрывают наши мышцы, мы двигаемся, тремся и рычим в унисон.

— Нико… — прохрипел я, извиваясь на подушках, и потянул его голову вниз, схватив за волосы. — Просто… трахни меня.

Мне приходится умолять, но я слишком далеко зашел, чтобы беспокоиться об этом в данный момент.

Мое сердце едва не вырывается из своего заточения, когда он одаривает меня своей сексуальной ухмылкой.

— Ты назвал меня Нико. Блять, малыш. Я действительно собираюсь сожрать тебя на хрен.

Трение наших членов становится все интенсивнее. Больше контакта, трения и толчков, пока я не начинаю думаю, что мы кончим в полном беспорядке. Но тут он тянется под подушку и достает бутылочку со смазкой, а затем садится на корточки между моих ног.

— Согни колени, — приказывает он, и когда я делаю это, он выливает смазку себе на ладонь, а затем обводит скользким пальцем мой анус.

 — М-м-м, твоя дырочка становится влажной и приятной для меня, малыш. Такая чертовски красивая.

Мое дыхание сбивается, а член становится еще тверже. Он вводит в меня палец, и из меня вырывается бесстыдный стон. Его напряженные глаза не отрываются от моих, когда он добавляет второй.

Этот взгляд сводит меня с ума. Я вижу свое отражение в этих темно-синих глазах, и впервые мне не противно от того, что я вижу."

"Не тогда, когда он смотрит на меня так, будто не может насытиться. Как будто я — центр его вселенной.