Бог Ярости

Только не говори мне, что ты начнешь раздеваться…?

Я подхожу к нему, прищурив глаза.

— Не смей, Нико, или, клянусь, я расскажу тете Рай о твоих раздражающих привычках…

— Тебя когда-нибудь привлекали мужчины?

Еле заметно, но глаза Гарета слегка расширяются, и я бы, скорее всего, не заметил этого, если бы остался стоять у двери..

Он роняет ручку на блокнот и шумно выдыхает.

— О чем ты говоришь?

— Ты всегда трахал женщин, но делал ли ты это потому, что считал себя обязанным из-за давления сверстников и того, что общество считает нормальным, или потому, что хотел?"

"— О чем это ты? — он встает. — Ты что-то слышал?

— Что я должен был услышать?

На долю секунды его лицо вытягивается, и я вхожу в его личное пространство.

— Ну? Что? Скажи мне. Скажи! Что я должен был услышать?

Он отталкивает меня.

— Прекрати заниматься этим дерьмом.

— Нет, пока ты не ответишь на мой вопрос.

Он проводит рукой по лицу.

— Мне нравятся женщины. Счастлив?

— А как насчет мужчин?

— Я… не знаю. Может быть, — его глаза сверкают, как тропический лес, прежде чем он прочищает горло. — Зачем тебе это знать?

— Я кое-что проверяю. Когда ты обнаружил, что тебе нравятся мужчины?

— Мне не нравятся мужчины. Господи, — он бежит к двери и захлопывает ее, затем прислоняется к ней, скрестив руки и лодыжки. — Я не уверен. Не знаю. Я люблю трахать женщин, но…

— Но что? — я подхожу к нему и смотрю на него сверху вниз, пока не вижу крошечные веснушки на его носу. — Что заставило тебя передумать?

— Я не передумал, и, серьезно, перестань смотреть так напряженно. Это жутко.

— Бла-бла-бла, просто скажи мне, что заставило твою натуральную задницу усомниться. Образно, конечно, — я ухмыляюсь. — Или буквально?

— Пошел ты, мудак, — он закрывает глаза с явным раздражением. — Если ты кому-нибудь расскажешь об этом, особенно Киллу, я убью тебя.

— Не расскажу, если ты просто признаешься. Что заставило тебя передумать?

— Не уверен, что заставило — или заставило бы, если уж на то пошло. Просто… один человек. Вот и все.

Один человек.

Один. Человек.

Вот и все.

Чертовски интересно.

Я взъерошиваю Гарету волосы и предлагаю пройти курсы по удовлетворению задницы, но не успеваю закончить перечислять вещи, которые ему следует знать, как он уже вышвыривает меня и захлопывает дверь перед моим носом.

Его стоны слышны через дверь, когда я ухмыляюсь и иду по коридору.

По шкале от более прямолинейного Джера до жидкого как смазка Килла и растерянного как дерьмо Гарета, интересно, куда попадает Брэндон Кинг.

Не то чтобы у меня был соблазн выяснить это.

Это было бы безумием.

Это была шутка. Я и есть безумие.

Неделю спустя я притаился у входа в особняк Элиты в пять тридцать утра.