Демон в шоколаде. Зимний бал в академии
Порой всего одна чашка горячего шоколада способна коренным образом изменить жизнь. Особенно, если все ее содержимое растекается по праздничному костюму загадочного незнакомца. Главное не отчаиваться, не пасовать перед неприятностями и всегда надеяться на лучшее. Авось и обойдется…
И все же была раса, совместимая с демоническим огнем, — склонил голову эльф, внимательно посмотрев на друга.
Эммерс замер. Действительно, была. Была, Малх ее побери! Вечное наваждение и проклятье всего рода демонов. Была, но исчезла, не без вмешательства его предков. Слишком уж эгоистичные, жадные собственники представители его расы. А огню свобода нужна, пространство, воздух, только так он горит, а не тлеет.
Сеттар поморщился. Нестерпимое жжение причиняло поистине физические страдания. Пожалуй, последний раз он испытывал нечто подобное лишь в юности, когда только подчинял свой огонь.
— Что случилось? — эльф плавно перетек ближе, и поддержал пошатнувшегося друга.
— Ничего не понимаю. Ощущение опасности… — И вдруг пришло понимание. Беда угрожала не ему, а ей. — Валери!
Эммерс ринулся к тем дверям, за которыми исчезла девушка. Демон не знал, куда она направилась, но был уверен, что отыщет ее. И эльф… Малхов эльф ни на шаг не отставал от него.
* * *Коридоры, по которым ходила каждый день все три года, почему-то казались незнакомыми. Я шла все, ускоряя и ускоряя шаг. Внутри все горело, а силы почти покинули меня. Никогда не чувствовала себя такой слабой, а прикосновения демона все еще ощущала, словно он был рядом и дотрагивался до меня. Что за наваждение?
Воды! Мне нужно воды, много, чтобы затушить жар.
Мелькали лица, доносились обрывки разговоров, чей-то смех, но я ни на что не обращала внимания в стремлении поскорее добраться до дамской комнаты.
— Снарк! — резкий окрик заставил остановиться.
Поворачивалась я медленно, пытаясь сфокусировать зрение на собеседнице, а окликнула меня именно женщина. Причем, молодая и, как оказалось, весьма привлекательная.
Лица были узнаваемы, но вот их выражений рассмотреть, никак не удавалось. При малейшей попытке пошевелить головой картинка мутнела и изображение смазывалось.
— Чего тебе? — буркнула я, не имея намерений задерживаться. Мое состояние не располагало к длительным беседам."
"— Это мне чего? — в голосе четко обозначилась злость.
















