Дядя самых честных правил 9

Бросаться молниями оказалось совсем несложно, но и толку с них почти не было. Далеко не достанешь, а маги легко прикрываются от них щитами. Тогда мы с Анубисом придумали забавную штуку, которую сейчас я собирался опробовать на толпе.

Вытянул руки вперёд, растопырил пальцы и рявкнул:

— Стоять!

Толпа не только громче загудела, но и не подумала останавливаться. Анубис глумливо ухнул, и с моих рук сорвалось целое облако тонких молний. С треском и шипением оно метнулось прямиком на толпу и врезалось в людей. Слабенькие разряды впивались в руки и лица, “кусая” электричеством. И тут же перескакивали дальше, на следующего человека, оставляя “укушенного” вопить и орать благим матом. Здоровью такая “процедура” почти не вредила, но доставляла весьма неприятные ощущения.

— А-а-а-а!

Слитный крик потряс толпу, получившую удар “электрошоком”. Роняя вилы и дреколье, народ рванул в разные стороны. В переулки и через заборы, куда угодно, лишь бы подальше от меня и моих молний.

— Ну вот, — Киж с недовольным видом вернул палаш в ножны. — Опять вы не дали мне подраться, Константин Платонович.

— Дмитрий Иванович, какая тебе радость рубить обывателей?

Он пожал плечами.

— Так дворян под рукой всё равно нет. А вилы, знаете ли, тоже опасное оружие. Помните, как меня в живот ими ткнули? Дырки потом несколько недель затягивались.

— Мне бы твои проблемы, Дмитрий Иванович.

Улица перед нами практически опустела. Только возле забора, с трудом держась на ногах, покачивался в стельку пьяный сапожник. Он потеребил кожаный фартук на себе, поправил картуз на голове и пальцем указал на меня.

— А-у-а-у-э!

Не в силах выразить мысль словами, сапожник развёл руками и подвёл итог своим размышлениям:

— Вот такая ботва, вашблагородие!

— Полностью с тобой согласен, — я усмехнулся. — Иди проспись, человече.

Сапожник кивнул, тяжело вздохнул и, пошатываясь, побрёл прочь.

— Идём, Дмитрий Иванович. Найдём Сумарокова и продолжим розыск.

***

Старичок-археолог нашёл нас сам, неожиданно выехав на дрожках из переулка.

— Попрошу вас, Константин Платонович, больше так не делать! Я вам не девица, чтобы силой меня спасать от опасности! Я в молодости двадцать два раза к барьеру выходил и ни разу не струсил!

В его голосе стояла неприкрытая обида.

— Ничего подобного я не имел в виду, Василий Петрович. Но моё оружие против толпы могло зацепить и вас, так что я не стал рисковать. Прошу покорно меня простить.

Сумароков оказался отходчивым и не стал скандалить.

— В следующий раз, Константин Платонович, я вам покажу пару своих приёмов для таких ситуаций, — буркнул он и махнул рукой. — Едемте уже, не будем терять время.

За два часа я поставил ещё четыре связки Знаков, а Сумароков вычертил соответствующие сектора на карте.