Добровольно проклятые

Дементьев машинально повернулся к нему и тут же бодро вскочил на ноги.

В комнате он был не один. На диване снова сидел мертвый Николай, как и той ночью.

– Этого не может быть, – пробормотал Дементьев себе под нос. – Этого тупо не может быть, он уже в морге. Оттуда хрен придешь…

Сменившийся канал сбил его с мысли и заставил замолчать. Дементьев пошарил взглядом, ища пульт. Тот, конечно, оказался там же: в руке Николая. Ему даже показалось, что он увидел, как тот нажал пальцем на кнопку переключения каналов.

– Что за черт?

Дементьев поднял взгляд и отпрянул назад: до сих пор смотревший в телевизор, Николай успел повернуть голову к нему. Глаза его были закрыты, нижняя челюсть безвольно отвисала, но от этого почему-то становилось только более жутко.

По-прежнему не открывая глаза, Николай вдруг встал и шагнул к Дементьеву. Тот проворно метнулся к выходу, не дожидаясь близкого контакта, но дверь в гостиную оказалась закрыта и как будто заперта: сколько он ни дергал ручку и ни наваливался на дверь всем своим весом, она не поддавалась.

Пока Дементьев воевал с дверью, Николай успел подойти ближе, протягивая к нему руки. Дементьев снова отпрянул, потянулся к кобуре на ремне, но та оказалась пуста. Когда и где он успел выронить пистолет, он не представлял, но искать не стал, вовремя сообразив, что тот ему все равно не поможет. Николай уже был мертв, стрелять в него не имело смысла.

А вот что же с ним делать, было непонятно. Надо было как-то выбраться из комнаты, желательно заперев зомби тут, и вернуться к Ольге, но шансов сделать это оставалось все меньше: мертвец теснил его в угол, и проскочить мимо него было негде – дотянется.

Поборов страх и отвращение, Дементьев попытался кинуться напролом, но в мертвеце неожиданно оказалось слишком много силы. Он повалил его на пол, навалился сверху и сомкнул руки на его горле, пытаясь задушить.

Как Дементьев ни брыкался, скинуть Николая никак не удавалось, оторвать от шеи стальные пальцы – тоже. Он умудрился только опрокинуть журнальный столик, который с грохотом перевернулся.

Воздух в легких кончался, и мир снова мерк. Мертвец нависал над ним, его глаза по-прежнему были закрыты. Уже теряя сознание, Дементьев услышал, как дверь в гостиную распахнулась.

– Володя! – крикнула Лиля где-то далеко.

Давление на горло вдруг исчезло, зато в рот, распахнутый в отчаянной попытке сделать хотя бы крошечный глоток воздуха, вдруг насыпалась влажная земля, грозя снова перекрыть дыхательные пути.

К счастью, к нему успел подскочить Долгов и перевернуть лицом вниз. Дементьев закашлялся, выплевывая землю и жадно втягивая воздух.

– Ты как? – услышал он над собой встревоженный голос Лили.

– Жить буду, – просипел Дементьев.