Дочь врага

Надо было защитить магией покои, в которых она находилась, а для этого ее предстояло на время вывести.

Но прежде ему предстоял завтрак с ней.

Казалось бы, досадная необходимость пробовать ее пищу. Но, будь он проклят, если мужчина не предвкушал это событие.

* * *Как только отворилась дверь, взгляд его сразу отыскал девушку. Почему-то ночное впечатление оказалось слишком сильным. Он снова искал совершенство в ее внешности. И эта странная игра, которую затеяло его воображение, продолжалась. Противоестественно, но необъяснимо затягивало.

А девушка была хороша в платье из золотистой ткани. Золотое для Золотой. Он мысленно усмехнулся и проговорил:

— Здравствуй, Рази.

В ответ получил сухой кивок. Девушка взглянула на него исподлобья и замерла, сложив руки перед собой. А Захри вдруг стало неприятно. Он ждал большего эмоционального отклика. Настроение начало портиться.

— Как спалосссь? — бросил он и прошел к столу.

Еще раньше, до его прихода, сюда вошли прислужницы. Теперь они начали подавать еду на стол. Захри уселся, ему уже поднесли на пробу первое блюдо. А ответа до сих пор не последовало. И девушка так и не соизволила сесть за стол.

— Рази, я, кажетссся, задал тебе вопрос, — понизил он голос до опасного рокота.

— Спасибо, я спала хорошо.

Короткий взгляд как удар. Его явно принимали в штыки. Какого черта? Он вчера не сделал ей ничего плохого, хотя и мог бы.

— Садисссь за ссстол.

Вышло резче, чем хотелось бы.

Девица обладала уникальным даром портить настроение одним только своим видом. Захри шумно выдохнул, подался вперед и сжал в кулаке трехзубую вилку. В этот момент он был так раздражен, что не почувствовал бы даже отраву в пище. Впрочем, яд в еде ему не был страшен, только при прямом попадании в кровь. К ядам они были приучены с самого детства.

Но сейчас не хуже любой отравы на него действовал кислый вид невесты. Ему уже хотелось поскорее с этим закончить, и к раздражению стала примешиваться досада.

— Могу я ссспросить, чем вызвано постное выражение лица? — бросил Захри, накладывая ей в тарелку мясо ванша с пикотой. — Не нравитссся платье? Скажи, мы его сссменим. Или, может быть, мало украшшшений?

Ему хотелось уязвить ее, вызвать реакцию. Нарушить это звенящее напряжением молчание. Что угодно.

Девушка вскинула на него взгляд и потом снова уставилась на прислугу, стоявшую у стены. И он вдруг понял.

— Выйти всссем, — проговорил, не поворачиваясь.

А когда дверь за прислугой закрылась, и они остались одни, спросил:

— Ну? Я внимательно слушшшаю. Так что тебе не нравитссся, Рази?

ГЛАВА 9

Как же это было тяжело, видеть его.

Пришел бодрый, довольный, наверное, хорошо провел остаток ночи и утро. Красивый в своем безукоризненном деловом костюме. Такой красивый, что можно было ослепнуть.