Долг чести

Пожалуйста, давай просто спать!

Бьянка легла, надеясь, что он последует ее примеру, и хорошенько прикрылась одеялом, поворачиваясь к нему спиной. Конечно, ей хотелось быстрее пойти в гардеробную и надеть пижаму, но она решила подождать, пока он не уснет. Однако, Викензо, напротив, встал с кровати, обходя ее, и направился на ее сторону в одних боксерах. Девушка отвела глаза от его практически голого тела, когда он встал перед ней, и прикусила губу.

— Не делай так, — сказал он, хватая ее за подбородок и поворачивая к себе. — Посмотри на меня.

Она подняла на него взгляд и нервно сглотнула.

Викензо включил ночную лампу и присел на краешек кровати, обхватывая рукой ее щеку.

— Я очень хочу тебя, малышка, — откровенно сказал он, гладя ее по нижней губе, что вырвало из ее груди пораженный вздох. — Хочу целовать тебя. Твои губы, твою кожу. Ты пахнешь цветами, знаешь? Этот запах сводит меня с ума с первой нашей встречи. Я мечтаю попробовать каждый уголок твоего тела. Хочу сосать твои соски, пока они не покраснеют под цвет этих алых губок. Хочу оставить следы своих зубов на твоей шее и животе. На твоей спине и попке, бедрах — везде, где только смогу.

Потому что один вид этой нежной белой плоти сводит меня с ума. Ты — совершенство, Бьянка. Мне достаточно лишь одной мысли о тебе, чтобы перестать думать о чем-либо другом, полностью утонув в своем желании к тебе. Но, знаешь, чего я хочу больше всего?

Она покачала головой, покраснев от смущения, но не в силах отвести взгляд от его гипнотических глаз.

— Я хочу зарыться лицом в твою нежную розовую киску и вылизать ее дочиста, — медленно сказал он, и она прикрыла уши, вскрикнув от изумления и крепко зажмурившись.

Сердце билось, как сумасшедшее, а в голове не укладывалось, что он действительно сказал что-то настолько бесстыдное.

Бьянка не знала, как смотреть ему в лицо, не могла заставить себя даже двинуться, чтобы уйти в ванную и спрятаться от этих слов. Она беспомощно пискнула, когда он нежно, но твердо отвел ее руки назад и склонился к ее уху, щекоча кожу своей бородой.

— Уверен, она такая же сладкая, как твой рот, — проурчал он, даже не думая останавливать поток этих откровений. — Мягкая, влажная, жаждущая киска, которую слишком долго незаслуженно обделяли вниманием.

Ты ведь даже не ласкала ее своими пальчиками, да? У тебя когда-нибудь был оргазм?

— Прекратите! — вскрикнула она, пытаясь оттолкнуть его, но он крепко держал ее.

— Хочу, чтобы впервые, ты кончила на мой язык, — прошептал мужчина, лаская языком мочку ее уха. — Так сильно, чтобы твои крики были слышны на улице. А потом, я хочу раздвинуть эти мягкие бедра как можно шире и насадить тебя на себя сверху, пока мой член не утонет в твоих соках и не взорвется внутри тебя.

Он замолчал, уткнувшись в ее шею и часто дыша.