Дом на перекрестке

Комплименты, восхищения, сотни пустых слов ни о чем… Приглашения от потенциальных ухажеров в гости и намеки на то, что им не терпится навестить меня. Эйлард сказал, что на эти письма отвечать не нужно. Мол, приличные незамужние девушки на подобные послания не отвечают, дабы себя не скомпрометировать. Вот еще бы знать, правда это или же он жульничает и просто не хочет, чтобы я писала?"

"Сразу же после ужина я обратилась к Тимару и Филимону:

– Мальчики, пойдемте-ка в мою комнату. Будем держать семейный совет. – Встав, я направилась к выходу.

Они переглянулись. Тимар взял кота на руки и пошел за мной.

А следом за ними направился и маг.

– О чем совет, Вика? – спросил он меня.

– Э… – в недоумении оглянулась я. – Так я же не тебя зову.

– Ты же сказала – семейный совет… – И блондинистый нахал демонстративно поднял брови.

Нет, ну вы на него посмотрите, а! Не мытьем так катаньем пытается пролезть туда, куда его не звали. Мало нам было сегодняшних разборок.

– Эйлард, ты прости, но к моей семье, – выделила я интонацией последнее слово, – ты не относишься. Филя – мой фамильяр, Тимар – подопечный, ну, или воспитанник, не знаю, как правильно.

А мои родители живут в другом месте.

– Но ведь можно все исправить. И это совсем не трудно, если ты захочешь.

Эйлард внимательно смотрел на меня, ожидая ответа.

А я, если честно, растерялась. Он на что намекает? Надеюсь, не на то, о чем я подумала.

– Эмм… – промямлила я. – Эйлард, прости, но сейчас мне нужно поговорить с Тимаром и Филей о других вещах.

Я отвернулась от него и быстро вышла из кухни.

У себя в комнате я повторила все, что сегодня уже неоднократно говорила всем домочадцам по очереди. О почте, о том, почему мне никто ничего не сообщает, о том, что это недопустимо.

Посетовала, что они – те, кто должны были следить за всем и быть моими ушами и глазами, совершенно расслабились и отлынивают. Особенно это касалось Филимона.

– Филя, ты же мой фамильяр! – Я укоризненно посмотрела на кота. – Ну как же так вышло, что ты мне ничего не сказал? Получается, что за моей спиной происходит черт знает что. Все в моем доме делают, что хотят, с моими вещами и письмами. А я единственная, кто об этом ничего не знает.

Тимар и Филимон, украдкой поглядывая друг на друга, молчали.

– Тимар, а ты? Ты ведь член семьи, и все это знают.

Я твоя опекунша до тех пор, пока ты не станешь совершеннолетним. Если ты, конечно, не возражаешь.

Парнишка мотнул головой, подтверждая, что не возражает.

– И вот смотри, что вышло. Наши наемные работники за нашей спиной что-то делают. Да, это из лучших побуждений и желания помочь. Но черт побери! Почему ни я, ни ты не в курсе?! Я виновата, разумеется, – разъезжала все эти дни и не пыталась вникнуть в то, что происходит в доме. Но ты-то? И ты! – перевела я взгляд на кота.