Дорогой сводный братец
Впервые Грета увидела своего сводного брата, когда училась в старшей школе. Однажды Элек просто-напросто ввалился в ее дом. Так она узнала, что какое-то время он поживет с ней.«Элек бесил меня со страшной силой – от своей черной как смоль макушки и до подворотов хулиганских рваных джинсов. От него часто пахло табачным дымом, и он таскал в дом каждый раз новых девчонок, которые были от него без ума. Зуб даю, он полагал, что обаятельная ухмылка и рельефные мышцы позволяют ему быть полным засранцем. Самое ужасное, что и я не заметила, как до темноты в глазах влюбилась в него.В те дни много чего произошло, но однажды Элек уехал назад в Калифорнию – так же внезапно, как и появился на пороге нашего дома. Его отъезд – к лучшему. Но это было больно.С тех пор прошли годы, и вот непростая семейная ситуация свела нас вновь. И я с отчаянием поняла, что мальчишка, который сводил меня с ума когда-то, превратился в сногсшибательного мужчину, рядом с которым трудно даже просто дышать. Но его поведение… Знаете, я его точно когда-нибудь убью. И это не шутка».
У него был такой отсутствующий взгляд… словно его мысли были далеко отсюда. Потом он помчался в ванную, захлопнул дверь, и я услышала шум воды.
– Он потом что-нибудь сказал?
– Нет. Абсолютно ничего.
– Думаю, это связано с тем, что сегодня происходило, – сказала я.
И я вовсе не имею в виду то, что он обнимал меня за шею, Челси.
– Как я теперь смогу оставить его одного после того, что случилось?
– Что значит «оставить»?
– А он тебе разве не сказал? Я не могу остаться на похороны.
– Почему?
– Я улетаю завтра в девять утра. У сестры завтра свадьба. Ну, понимаешь… ведь завтра пятница. Конечно, если проводить свадебные торжества в будни, это снижает расходы для устроителей вдвое. Но для всех остальных это очень неудобно – у всех работа, какая-то своя жизнь. И, главное, я никак не могу не пойти – она попросила меня быть подружкой невесты. Вот такое ужасное совпадение.
Значит, она уезжает.
– А когда Элек собирается уехать?
– У него рейс в субботу вечером.
– Понятно.
Она закинула ногу на ногу и откусила булочку.
– У него всегда был такой сложный характер? Я имею в виду, в юности?
– Если судить по его поведению в то короткое время, что я общалась с ним, то, скорее, да. Один из показателей – стремление писать книги.
Она откинула голову назад и с изумлением переспросила:
– Он что, писал… книги?
Она этого не знала?
– О… м-м-м… да он делал это ради развлечения. Наверное, не стоило об этом упоминать. В общем, это не важно.
– Обалдеть! Надо спросить его об этом. Как такое возможно, что я ничего не знаю о том, что он любил писать? А о чем были эти книги?
Как могло такое получиться, что он не рассказал ей о том, что было для него так важно?
Я начала слегка паниковать.
– Да так, какие-то рассказы… Не говори ему, что я проболталась об этом. – Я потрясла головой, пытаясь придумать, как перевести разговор на другую тему. – Не надо было мне об этом говорить.
– Действительно, не надо, – раздался ледяной голос Элека.
Мы обе повернулись и увидели, что он стоит позади нас.
Вот черт!
Одного его холодного взгляда, брошенного в мою сторону исподлобья, было достаточно, чтобы понять – я совершила огромную ошибку. Но исправлять что-либо было поздно. В тот момент только он сам мог спасти ситуацию.
Челси похлопала по дивану рядом с собой.
– Иди сюда, милый. Почему ты не рассказывал мне, что когда-то пробовал писать? Это же так круто.
– Что в этом такого особенного? Просто увлечение, которое у меня было в подростковом возрасте.
Никакое это не увлечение, а настоящая страсть.
Почему же ты теперь ничего не пишешь?
– Поверить не могу, что ты скрыл это от меня, – с намеком на обиду произнесла Челси.
Он раздраженно отмахнулся.
– Что ж, теперь ты в курсе.
Подборки для вас
Пьесы, драматургия
Все книги →
Похожие книги
Пятьдесят оттенков свободы
Пара для чудовища
Измена. Без права на развод
Шут и слово короля
Мои порочные незнакомцы
