Драконяша для отшельника

Мы с ней разные, как ивовый прут и железный стержень. Я гнусь, но потом выпрямляюсь, а она… Она просто не гнется.

Значит, раз живая и без следов побоев на лице, то сама пришла. А если сама пришла, то план есть.

Надо просто не отсвечивать и поддерживать.

Пока я перестраивалась с прогиба на борьбу, в помещение зашли трое усатых мужиков.

Они по-хозяйски принялись осматривать девчонок, половина из которых уже закинулась таблетками, а кое-кто и со спиртным смешал. Каждый боролся со стрессом, как мог.

Я посмотрела на Лину, уже переодетую в развратную сорочку, и прищуренными глазами оценивающую мужиков. Они негромко переговаривались между собой, и сестра явно понимала, о чем они говорят.

Она перевела взгляд на меня, потом подошла и, мягко улыбнувшись и удостоверившись, что один из мужиков смотрит на нас, погладила меня по голому плечу. Я вытянулась в струнку невольно, не понимая, что происходит.

— Улыбайся, — на грани слышимости шепнула Лина, наглаживая меня и делая вид, что хочет поцеловать.

Я криво улыбнулась и положила руку ей на грудь.

— Умничка… Погладь. — Продолжала командовать сестра, и я, замирая от ужаса, выполнила ее просьбу.

Мужики загомонили, потом один из них коротко рявкнул что-то охране у двери, и те двинулись к нам.

Лина спокойно ждала их, улыбаясь нежно и бормоча мне, едва шевеля губами:

— Спокойно, делаешь то же, что и я.

Я чуть заметно кивнула.

И пошла следом за Линой.

Нас провели коридорами, несколько поворотов, узких, словно в лабиринте, а потом втолкнули в комнату.

Прямо в центр.

Я огляделась, привыкая после яркости коридоров к полутьме комнаты, и поняла, что мы в кабинете. Рабочий стол в углу, кожаный диван и кресла, в которых расположились трое мужиков, виденных недавно.

Понятно, нас выбрали благодаря игре Линки и привели сюда с вполне определенными целями.

— Крайнего бери, — скомандовала Лина, улыбаясь мягко, и двинулась в середину, к самому здоровенному мужику, с лопающейся на толстом пузе рубахой. Я послушно пошла к крайнему, тоже толстому, но поменьше размером. Шла, не понимая, что делать буду. Неужели… Неужели то, для чего позвали?

Еще один мужик, сидящий напротив, курил и скалился, получая явное удовольствие от предвкушения грядущего представления.

Лина подошла к толстяку, опустилась перед ним на колени, начала расстегивать ремень на брюках.

Меня мужик поманил, чтоб села на него верхом.

Я послушно оседлала его, умирая от омерзения, когда сальные лапы принялись жамкать меня за задницу и грудь.

Пожалуй, переоценила я все-таки свою способность прогибаться, еле удерживалась, чтоб с диким визгом не начать отбиваться.