Другая жизнь оборотня

Хорошо помню эту историю, я еще тогда подумала: мой муж – святой.

– Вот уж нет, святым он точно не был, – поморщился Вадим. – И в тот раз выгнал из дома не лишившуюся ума врачиху, а родную сестру. Манана уехала домой, прокляла брата вместе со всей его семьей. Муж ее вскоре умер. Кстати, она жива и до сих пор уверена: помоги Виктор ее супругу, тот бы выжил. После смерти родителей и сестер Манана хранит домашний архив. В нем есть свидетельство о рождении Виктора Марковича, подлинность которого подтверждена записью в местном загсе, в нем стоит дата – тысяча девятьсот сорок шестой год, село Октябрьское.

– Но у меня другая бумага! – воскликнула Луиза. – Полюбуйтесь: Москва, тридцать шестой год, родители Марк Викторович Шкодин, русский, мать Оксана Степановна Шкодина, русская.

– Нестыковка, однако! – воскликнул Анатолий. – Странная ситуация: обычно люди хотят стать моложе, а не старше.

– Ну это не в том случае, когда жена старше тебя на много лет, – отрезал Вадим. – Если верить метрике, которую держит в руке Луиза Ивановна, Виктор появился на свет в столице. Значит, паспорт ему выдавали в Москве. Он ходил в школу, учился в медицинском институте, работал где-то. За каждым человеком тянется бумажный след, и если пойти по нему, можно найти много интересного. И я это сделал. Странности начались сразу. Отец нашего героя, Марк Викторович Шкодин, в Москве никогда не жил, квартиры в столице СССР не имел. Оксаны Степановны Шкодиной тоже в Москве не было. Я отправил запрос: где же обитали мужчина и женщина с такими именами-фамилиями? И довольно быстро выяснил, что Марк имел дом в грузинской деревне и в сорок шестом году первый раз стал счастливым отцом – у него родился сын Виктор, матерью которого была не мифическая Оксана Степановна, а Медея Дадиани. У меня есть все документы Вити Шкодина – запись в книге о его рождении, справка о зачислении в школу, аттестат об окончании восьмилетки, диплом медучилища, и все. Более на него в Грузии ничего нет. И вообще о Викторе Марковиче полная тишина, он словно исчез, растворился. Материализуется господин Шкодин через несколько лет после того, как стал фельдшером. Он женится на Валентине Матвеевне Нестеровой. Невесте было тридцать шесть лет, и это ее первая свадьба. Она кандидат наук, заведует отделением в роддоме, дочь известных, но уже покойных гинекологов Нестеровых. Живет в собственном доме в селе Кондаково. Если кто мне не верит, то может посмотреть, здесь все документы.

Антон встал и подошел к ноутбуку Вадима, а Легасов спокойно продолжал:

– Жениху, судя по бумагам, на тот момент было тридцать два года. В документах загса есть заполненная им анкета, где указана дата рождения. На самом же деле Виктору Марковичу чуть за двадцать – он прибавил себе возраст.