Два мажора для Золушки

Она, странное дело, казалась мне невиноватой в этой дебильной ситуации.

Во всём виновато наше соперничество и желание во что бы то ни стало урвать то, что полюбилось другому. Я плёлся как одноногий инвалид, находящийся при смерти. Лифт за это время успел спуститься и подняться раза два, а то и три. Но когда я вышел из подъезда, меня ждал сюрприз. Тим собственной персоной. Он опередил меня, спустившись на лифте.

– Что тебе ещё надо? – спросил я. – Девчонка твоя. Пользуйся.

– Заткнись, а? – поморщился Тим. – Поднимись наверх и извинись перед Юлей. Иначе Юля мне слезами всю квартиру затопит. Из-за твоих слов она теперь считает себя последней дрянью.

– Ну, так утешь. На хрен я в вашем дуэте? Третий лишний, братец. Им оказался я. Ничего, бывает.

Я двинул Тима плечом, медленно идя в сторону парковки.

– Если бы ты был лишним, Юля бы так не рыдала из-за твоих слов, – нехотя признался Тим, бросив свои слова мне в спину.

Я остановился. Что он хотел мне этим сказать? А впрочем, плевать. Я добрался до парковки и сел в машину. Несколько секунд прошли в полной тишине. Потом с меня сорвали чеку, как с шальной гранаты, я принялся молотить кулаками по салону автомобиля, успокоившись только, когда приборная панель треснула.

По вискам градом струился пот, рубашка липла к телу. Я старался перевести дыхание, но сердце бешено гоняло кровь. Пульс колотился в голове, глотке и на сбитых в кровь костяшках пальцев. Хрень. Вот как это называется. Сумасшедшая, неправильная хрень. Когда я успел подцепить эту заразу?

Глава 36. Юля

Громыхнула дверь.

Рядом со мной появился Тим. Он запустил руки в светлую шевелюру, глядя, как я одеваюсь, всхлипывая.

– Юля! Я не звонил Матвею. Я только отправил с твоего телефона сообщение, что ты занята, пока ты сушила волосы в ванной вчера. Но я не звал его. Я не хотел ничего доказывать или красоваться победой. Это не так. Я обо всём на свете забыл вместе с тобой. Ты мне очень нравишься.

– Ты тут не при чём! – всхлипнула я, чувствуя себя самой гнусной обманщицей на всём белом свете. – Я одна во всём виновата!

Я поспешно натянула брючки и собрала волосы в хвост. Они опять распушились, и моя голова стала похожей на одуванчик. Я вытерла слёзы, понимая, что глаза у меня красные, как у вампира. Но я ничего не могла с этим поделать.

– Постой, Юль. Не уходи. Юль. Ну, пожалуйста?

Тим перегородил мне путь, заключив в объятия. Я разрыдалась ещё сильнее. Я чувствовала себя паршиво. Наверное, я самая развратная, порочная и просто ветреная девица! Тим обманом заманил меня к себе. Но всё, что было потом, случилось и по моей воле.

Я сама позволила Тиму целовать себя так, что в голове не осталось ни одной мысли, а желание взяло верх над разумом. Поцелуи и жаркий секс не оставили мне ни одного шанса.