Двойная взлётная

А потом я встала перед закрытой дверью. Но, к счастью, ключи от нее лежали рядом в плоской чаше. Заходя в лифт, вызвала такси."

"Очень интересно, в какой это отпуск меня отправило любимое руководство? По чьей указке или жалобе? Курапов, только его раненое самолюбие не выдержало моего отказа, и он начал капать Трофимову на мозг.

Вышла на улицу в ожидании такси, надела очки, солнце палило, словно в разгар лета. Я все-таки набрала номер Громова, чтобы предупредить, что я на работу, но он оказался недоступен. Телефон Артёма был также вне зоны действия сети.

Но, как только я собралась написать им сообщение, телефон зазвонил. Незнакомый номер. Смотрела на него и не хотела отвечать. Ничего хорошего я не услышу.

— Да.

— Кристина Сергеевна, добрый день.

Было желание послать Рогозина на хуй, ну ему наверняка не впервой туда ходить, дорожка протоптана, не обидится даже.

— Я вас слушаю, Алексей Константинович.

— Как приятно, вы узнали мой голос и запомнили имя.

— Это профессиональное, не принимайте на свой счет.

— А я уж расчувствовался.

— Зря. Так что хотели?

— Как вам живется у моих подопечных?

— Что конкретно вы хотите узнать? Сколько раз за ночь меня трахают и как или хорошо ли кормят и вовремя ли выгуливают?

— Кристина Сергеевна, что я ценю в женщине помимо красоты, так это чувство юмора и то, как она умеет не унывать в любом дерьме, в котором бы ни оказалась.

Последняя фраза мне не понравилась.

— Так чем обязана?

— Вы что-то узнали?

Включать дуру нет смысла, разговор в этом случае будет долгим и глупым, но сводящимся в итоге к одному. Лучше сразу сказать как есть.

— Я ничего не узнала и узнавать не собираюсь.

Длительное молчание, я выглядываю свое такси.

— Кристина Сергеевна, вы, наверное, во время нашей милой встречи и проведенной беседы меня не так поняли? Хотя вы произвели впечатление умной и сообразительной девушки.

— Я далеко не такая, вы ошиблись.

— Могу напомнить наш разговор, если случилась внезапная амнезия и вам вытрахали весь мозг.

А вот это было грубо.

— Вы должны принести мне доказательства того, что Шульгин и Громов занимаются нелегальными финансовыми операциями и отмывают деньги, полученные преступным путем.

— А напомните мне, почему я должна вам это все принести?

— Потому что вы в первую очередь законопослушная гражданка своей страны, во вторую — хорошая дочь и сестра, а в третью — очень дорожите работой.

— Это шантаж?

— Ни в коем случае, это всего лишь аргументы в пользу правильного решения.

Господи, как же мерзко. Я не могу послать этого человека куда подальше, не факт, что наш разговор не записывается. Я не могу и не хочу доносить на своих мужчин, предавая их, потому что они уже мои и далеко не чужие.