И один в тайге воин

Лодочный мастер, моментально сообразив, в чём дело, хлопнул его по плечу, с улыбкой проворчав:

– Вези этого куда надо. Вельбот я сам досмолю. Сразу видно, что дело не простое.

– Угу. Политика, – мрачно кивнул Мишка. – Этот с дружками хотел чугунку взорвать, когда по ней солдат на фронт повезут. А меня нанять хотели, чтобы я их к нужному месту отвёл.

– Значит, правильно стрелил сволочь эту, – с ходу заявил мастер. – Езжай. А за вельбот не беспокойся. Всё сделаю как надо.

– Спаси Христос, мастер, – почтительно поклонился ему Мишка.

– Тебя спаси, – ответил тот, неожиданно перекрестив парня.

Ухватив пленного за шиворот, Мишка оттащил его к своей телеге и, швырнув в кузов, словно куль, взялся за вожжи. Монгол легко вытянул телегу на дорогу и тут же взял привычную рысь. Спустя полчаса парень втащил едва очнувшегося студента в здание контрразведки и, передав его дежурному, отправился на доклад к начальству. Внимательно выслушав его, Владимир Алексеевич покрутил головой и, закурив, вздохнул:

– Как же мне вся эта мразь надоела. Всё неймётся им. Революцию подавай.

– Избави нас Господи от такого, – перекрестился Мишка.

– Знаешь, что это такое? – удивлённо посмотрел на него офицер.

– Про Французскую революцию читать приходилось, – пожал Мишка плечами. – Когда сын на отца, а брат на брата шли. Всю страну кровью залили.

– Это откуда у тебя такая литература? – подобрался контрразведчик. – Чтоб ты знал, подобное чтиво считается запрещённым.

– Знаю. Каторжный один лет пять назад книжку потерял. А я подобрал да прочёл.

– И что потом? Куда эта книжка делась?

– В печку отправил, – отмахнулся Мишка. – Не понравилась она мне. Жестокая. Вроде на первый взгляд всё правильно написано. Особенно про равенство и братство, а ежели подумать, так страшно становится. Там ведь прямо сказано было, что всех, у кого деньги есть, уничтожить нужно. А за что? За то, что они своей головой думать умеют?

– Как книжка называлась? – быстро спросил контрразведчик.

– Не знаю. У неё обложки не было. Видать, её специально сорвали.

– Зачем? – не понял офицер.

– А чтобы на себе носить, – усмехнулся Мишка. – Каторжан ведь не обыскивают. Только вещи проверяют.

– Хочешь сказать, что они такие книги на себе переносят? – удивился офицер.

– А вы не знали? – насторожился Мишка.

– Откуда? Я ж с каторжными дела не имею. Если только допросить кого. А так ушёл по этапу, и хрен с ним, – развёл контрразведчик руками.

– Так-то оно верно, да только вам при вашей службе подобные вещи знать нужно бы обязательно. А то недолго и заточку в бок получить по незнанию.

– Правильно мыслишь, – помолчав, согласился контрразведчик.