Эротические рассказы - Подростки

— Что не делать?

— Ты знаешь прекрасно что.

— Нет, не знаю.

— Ну перестань это делать.

Друзьям надоело подслушивать. Они переглянулись и Фили кивнул. Шерман поправил свои очки, осторожно встал и вдруг кашлянул в кулак — громко и сердито, совершенно несвойственным ему басом. И, грузно топая, направился к кустам.

Оттуда выскочили одноклассники Джойс в растрепанных одеждах и сломя голову бросились сквозь заросли кустарника в противоположную сторону.

Фили и Шерман громко расхохотались и в восторге хлопнули друг друга по рукам.

В конце концов они добрались до двухэтажного дома Шермана и подкрались к высоко расположенному окну комнаты Джойс.

Из окна лился теплый, ровный свет. Друзья, готовясь к задуманной шпионской акции, аккуратно сложили свою оптитку у стены дома, чтобы не мешала.

— Давай, давай, становись! — Шерман уверенным движением взял друга за плечи и поставил в партер, словно их инструктор на тренировке по борьбе.

— Да почему ты первый?! — возмутился Фили.

— Как почему? — удивился толстяк. — Это моя сестра — должен же я проверить — вдруг ее там даже нет! И в случае чего, я совру, что за ней пришел…

Фили смирился.

Даже не сняв кроссовки, Шерман забрался на спину стоящего на четвереньках приятеля и еле-еле дотянулся до подоконника.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил снизу Фили.

— О… — только и смог произнести восхищенный Шерман. — Да…

— Да что там? — чуть не крикнул Фили.

Ему было тяжело держать на спине своего отнюдь не веса пера друга, к тому же мучило невыносимое любопытство. Перед глазами вставали эротические картины — одна заманчивее другой…

— Джойс… Она… — Шерман не мог отвести взгляда от сестры.

Она стояла посреди ярко освещенной комнаты перед своим Тэдом и, не отрывая от него влюбленного взгляда, медленно снимала мокрое, прилипшее к тугому соблазнительно восхитительному, совсем не в отца по комплекции, загорелому телу, белое праздничное платье.

— Что Джойс?! — Мелкие камешки впились в ладони и колени Фили. Но боли он почти не ощущал — все мысли заслонило страстное желание приникнуть на мгновение к окну и увидеть…

— Она… — задыхаясь от переживаемых чувств, прошептал Шерман, — она раздевается…

Фили не выдержал и вскочил на ноги, совершенно забыв, что толстяк едва держится за ненадежный подоконник, явно не рассчитанный на его вес.

Шерман грузно плюхнулся на траву и застонал, потирая ушибленные ягодицы. Но Фили некогда было заниматься страданиями приятеля, он торопливо установил его на карачки и, скинув легкие сандалии (все-таки подумал о чистой рубашке Шермана — не то, что тот!), заглянул в притягивающее его к себе заветное окно.

Действительность превзошла все его самые смелые ожидания.