Эротические рассказы - Подростки

На следующий год до меня дошло, что они оба без ума от меня и я не знала кого из них предпочесть: Максим — блондин, он всё-таки старший из них, но с ним не очень интересно. Лёшка, шатен, — младше, он из более интеллигентной семьи. Максим сходил с ума от ревности, когда я говорила с Лёшкой и порой был невыносим. Но он не понимал своих чувств и всё у него было на уровне инстинкта. Но он действительно меня любил!

Однажды, на дне рождения у нашей общей подружки Ленки (13 лет) мы с ним танцевали медленный танец.(Мне стоило больших трудов его вытащить, но я твёрдо решила его раскрутить, хотя бы на поцелуй.

) Я разбавила ему сок водкой пока он не видел, чтоб он почувствовал себя более раскованно. Это сработало. Чтобы подзадорить его, я танцевала и общалась весь вечер с Лёшкой. Он тихо исходил слюной в уголке, не глядя ни на кого. Наконец я предложила ему потанцевать со мной. Он согласился и в танце я, как бы ненароком прижималась к нему. Он боялся меня и себя. Мы разговаривали о разном. Дипломатично я натолкнула его на мысль о том, что поцелуй располагает к себе девушку и делает её послушной парню (или что-то в этом роде, не забывай мою цель! Кстати, это правда. ). Когда я случайно наклонилась к нему поближе, чтобы ему что-то сказать на ухо, я ощутила на своих губах робкий поцелуй! Это был мой первый «взрослый» поцелуй, поцелуй ребёнка и любовника, робкий, неумелый и одновременно страстный. Он испугался своего порыва, но я так ласково посмотрела на него, что он успокоился. «Юлька,» — прошептал он робко. — «Юлька, я, кажется, нет, я не знаю… Я люблю тебя?» Давно пора бы. Это подогрело моё самолюбие, ведь меня ещё никто никогда не целовал и не признавался мне в любви.

Потом мы всей толпой пошли гулять на пруд. Я что-то прошептала Лёшке на ухо, он засмеялся, мы стали рассказывать с ним анекдоты друг другу. А надобно сказать, что пруд был на окраине посёлка и за ним начиналось поле. Поле и пруд разделяла довольно глубокая канава с наклонными, но довольно крутыми берегами, ходить по которым можно было, лишь держась за деревья. Мы шли по дорожке между канавой и прудом. Мы с Лёшкой отстали, так как я рассказала ему какой-то анекдот и мы долго хохотали и не заметили, что все ушли вперёд.

Я не знаю, что Максим, обнаружив это, чуть с ума не сошёл, он до такой степени не мог меня видеть с другим, хотя мы просто болтали. Его отвергнутая любовь пополам с ревностью затмила в нём все другие чувства, он подошёл к нам, оттолкнул меня от Лёшки, и сказал ему, что Ленка его зовёт. Когда мы остались одни, он схватил так, что я не могла пошевелиться (это смешанное чувство дало ему такую силу, что он держал меня как пёрышко, хотя я была далеко не хилячка).