Ева

Я всегда на сушилку ставлю. Посмотрел, повертел, оставил там же. Пусть опять покажется, будто она здесь. В ванной резинка для волос. Рядом с зубной пастой. Вечером крутил в пальцах, надевал резинку на руку, снова снимал. Утром перевернул квартиру, не мог найти. Нашёл под подушкой. Становлюсь сентиментальным. С утра положил резинку в карман и поехал на Таврическую, знакомиться с Евиной подругой.

Её зовут Зина, она не хотела открывать. Допрашивала меня сквозь дверь. Я просил рассекретить рижский номер Евы. За баррикадой сменилась диспозиция, вышел Зинин мужик, бывший коллекционер коньяков. Заспанный, в трусах. На вид какой-нибудь слесарь.

— Ты кто?

Из-за его спины выглядывала Зинаида. Крепкая бабень с дымным взглядом. Непонятно, почему она опасалась мне открыть. При такой комплекции. Напасть на неё решился бы только очень неразборчивый насильник.

— Здравствуйте, неловко вас беспокоить. Я знакомый Евы. Она у меня останавливалась. И забыла кой-какие вещи…

Ох, не люблю я проспиртованных слесарей в неглиже. У них какой-то свой мир, непонятный и враждебный. Обсуждать с ними Канта невозможно, настолько далеки они от критики чистого разума.

— Давай сюда, что там, передадим, — сказал мужчина фамильярно.

— Собственно, я как раз собираюсь в Ригу и сам могу отвезти. Вот только адрес её, или телефон…

Мужик задумался. Или просто перегрелся процессор. Всё-таки, второй подряд вопрос за минуту.

Вышла вперёд подруга. И сразу вскачь:

— Ну вот что. Телефона я не дам. Раз она не дала, то и я не дам. И всё. Прощайте.

Толкнула меня в грудь и захлопнула дверь. Я услышал, как они меж собой сказали про меня «Ещё один гусь…». Потом закрылась вторая, внутренняя дверь, голоса смолкли. Я представил, как однажды приду к ним в гости с пулемётом, расстреляю длинную-длинную ленту и скажу назидательно — это вам за «Гуся». И почему «ещё один»?

Зина мне совсем не понравилась. Так часто бывает у двух подруг. Иногда сразу обе — ни то ни сё. Но если уж одна хорошенькая, вторая обязательно неприятный птеродактиль. И чем первая симпатичней, тем страшная ближе к гоблинам и зомби.

Я снова нажал клавишу звонка. Замки загрохотали ещё агрессивней. Пытаясь предупредить выброс разрушительной энергии, крикнул сквозь дверь:

— Скажите хоть, долетела она нормально?

Человек в трусах ничего не ответил по сути. Он пришёл показать кто тут альфа-самец. Он ненавидел всех, кто давит на эту дурацкую кнопку. А тюрьмы он не боялся, даже скучал за товарищами зеками. Он наорал мне много свежих, необычных слов. Эпитет «Гусь» утратил обидный контекст, в сравнении с этими новыми эвфемизмами. А долетела Ева отлично, судя по всему.

Мне следовало её забыть. В прошлую субботу выпал снег. Вместе со снегом свалилась она, на дурную мою башку.