Флибустьер

Три триппера приравниваются к одному сифилису. За соблюдением этого закона особо не следят, но если поймают, повесят сразу.

За пару недель до нашего возвращения в Нант, король Людовик Четырнадцатый отменил Нантский эдикт. Теперь все гугеноты были вне закона. Кто-то из них переметнулся в католики, а остальные начали разбегаться в соседние страны, где правителями были протестанты. Сейчас в Западной Европе действует принцип «Чья власть, того и религия». Этот указ коснулся и многих моих матросов. Гугеноты, как моряки, лучше католиков. Может быть, потому, что первые в большинстве своем жили на побережье, а вторые — в глубине страны. Моим матросам было, на что перебраться в Англию или Голландию, купить там дом и прожить несколько лет, бездельничая. Каждый получил свою долю от добычи, довольно богатой. Впрочем, для всех остальных привезенный товар был куплен у испанцев, в том числе и на задержанные зарплаты членам экипажа, и это была их доля в прибыли."

"Все серебро, золото и часть меди и олова я оставил себе. Сперва думал отвезти золото в Англию и обменять на серебро, а потом решил не рисковать. Во-первых, в монетном дворе вряд ли быстро смогут набрать столько серебра на обмен; а во вторых, не хотел привлекать лишнее внимание к этому рейсу. Все золото и примерно столько же серебра было разделено на две части. Одну перевезли в подвал моего нового городского дома, а вторую — в подвал моего нового деревенского. Остальное серебро перечеканили на Нантском монетном дворе в экю, половину экю и четверть экю. Были еще монеты в двенадцатую часть экю, то есть в четверть ливра, но мне такая мелочь была не нужна.

Медь и олово пошли на отливку новых пушек и карронад и на обшивку подводной части второго брига, который будет длиннее на три метра и шире на полметра, благодаря чему его водоизмещение должно увеличиться тонн на тридцать-сорок. Нантские кораблестроители заверили меня, что к середине весны судно будет готово. Сделаю на нем первый и последний рейс на Эспаньолу, после чего передам под командование Гильома Буланже, который в этом рейсе будет командовать старым бригом. Пусть другие возят мне деньги, а я буду тратить.

В том числе вкладывать в дело. Я купил участок земли на берегу реки Луары, в том месте, где в будущем будет порт, и начал там строить пристань с пакгаузами. Буду экономить на хранении своих грузов и зарабатывать на чужих. Нант превратился в перевалочный порт для грузов из обеих Индий. На речных судах их доставляют во многие города, расположенные на берегу Луары, или в Орлеане перегружают на гужевой транспорт и везут в Париж, который теперь самый большой город в Европе.

За зиму несколько раз появился в своем драгунском полку, который был в повышенной боевой готовности. Власть боялась восстаний гугенотов.