Флибустьер

Кике, поставивший на стол серебряные кубки и наливший в них из серебряного кувшина красное вино из Бордо, тоже признал испанского идальго:

— Добрый день, синьор капитан!

А вот дон Диего де Маркес не сразу узнал в рослом и широкоплечем юноше юнгу со «Святой Терезы», спросил у меня удивленно:

— Это тот самый твой слуга?!

— Да, именно он, — подтвердил я. — Подрос немного, не правда ли?!

— Как быстро летит время! — воскликнул мой потомок.

Оно летит даже быстрее, чем ему кажется, особенно, когда ты в море. По суше время движется медленнее. Наверное, спотыкается о кочки выходных дней.

Мы осушили по кубку вина за встречу, после чего я спросил:

— Тебе дать запасные стеньги?

— Запасные стеньги?! — не сразу понял он. — Ах, стеньги! Нет, я приплыл узнать, что ты возьмешь с меня. Сразу опознал твое судно и понял, что сопротивляться бесполезно, однако не хотел бы попасть в плен. Надеюсь, отнесешься ко мне, как к родственнику. Я с семьей возвращаюсь в Испанию. Мне выхлопотали место алькальда в Аликанте. Если я не приступлю к исполнению обязанностей в ближайшее время, это место отдадут другому, и мне потом долго ничего не будут предлагать. Наш король очень не любит неудачников.

— Как ты мог предположить, что я что-то возьму со своего родственника, тем более, спасшего мне жизнь?! — как бы шутливо возмутился я, потому что догадывался, что на моем месте он бы позабыл о родственных чувствах, и добавил, теперь уже искренне шутя: — Твой король на этот раз сделал правильный выбор: более удачливого человека ему трудно было бы найти! — и предложил тост: — За удачу!

Мы выпили еще по кубку вина, поговорили за жизнь. У моего потомка уже двое детей, мальчик и девочка, как и у меня, но, в отличие от меня, дон Диего де Маркес останавливаться на достигнутом не сбирался.

— Я был единственным ребенком у родителей. Еще два брата и сестра умерли в младенчестве. Ты даже не представляешь, как мне хотелось иметь брата иди хотя бы сестру! — рассказал он.

— Бог в помощь! Пусть у тебя будет полдюжины детей, чтобы ни тебе, ни жене, ни им не было скучно! — шутливо пожелал я.

Дон Диего де Маркес отнесся к моим словам очень серьезно и трижды перекрестился.

Я приказал погрузить в его ял бочонок вина и корзинку со сладостями для его детей и жены. Возле фальшборта мы обнялись на прощанье, после чего отправился на свой галеон.

— Он спас мне жизнь девять лет назад — подобрал в море после кораблекрушения, — сообщил я своему экипажу, хотя уверен, что никто не возбухнул бы, что просто так отпускаю легкую и богатую добычу.

55

Как ни странно, это доброе дело осталась не просто безнаказанным, а даже вознагражденным.