Гадкий утёнок для босса

Как она сейчас, что с ней? Вот же влипла, бедняжка… С этими боссами только свяжись, так проблем огребешь целую кучу. Разве стал бы к ней цепляться неведомый шантажист, если бы она жила своей тихой неприметной жизнью?

Или вот взять меня. Я еще даже и не начинала встречаться с Лебедой, а уже все нервы на пределе. Может, уволиться нафиг и начать жизнь с чистого листа..?

— Ты здесь живёшь? — отстраненный голос босса возвращает меня в реальность.

Я с досадой озираюсь.

Мы припарковались в неудачном месте. Внедорожник стоит напротив нашего продуктового магазина, над которым мигает полуразбитый уличный фонарь. А сбоку от него находится облупившаяся беседка, где любят тусоваться местные алкаши. Или парни с нашего района, вроде Веньки со Славкой."

"Вздохнув, я вылезаю из машины в надежде, что этим вечером там собрались исключительно старые алкаши. И досадно обламываюсь. Потому что сразу, как только желтоватый свет фонаря освещает мою фигуру, из сумрака беседки раздается уверенный зычный голос Веньки:

— Здорово, Ди, а я тебя заждался! На крутых тачках, смотрю, катаешься… А давай к нам! Братва должна познакомиться с моей девушкой получше!

Звучный хлопок дверцы со стороны водителя бьёт по ушам, как щелчок хлыста.

Лебеда, который вышел из машины одновременно со мной, впивается в меня сузившимися глазами.

— Он сказал… его девушкой?

Глава 7. Ревность в квадрате

Я с трудом подавляю стон раздражения коротким выдохом.

Вечно эти «братья» портят мне жизнь! Сначала издевками, а теперь вот навязчивыми идеями. Девушка Веньки, блин. Ладно хоть, в отличие от некоторых, грубиян Славка не переобулся в своем пренебрежительном отношении ко мне. Вон как корчит рожи за спиной брата, жестами показывая ржущим приятелям, что у того в голове поселился «полный кукуй».

— Тимур Аркадьевич, — говорю я тихо и рассудительно, желая воззвать к его разуму и логике, — не обращайте на него внимания. Это мой…

— Чего застряла, Ди? — перекрикивает меня из темной беседки развеселившийся Славка. — Давай, топай сюда к своему любимому! Он тут чахнет от тоски по тебе весь вечер, сердцеедка!

— Заткнись, кретин! — не выдерживаю я и осекаюсь.

В таком резком тоне разговаривать с моими «братьями» всегда было чревато крупными неприятностями. Особенно это касалось Славки. Если поблизости не было приемной мамаши или кого-то из ее знакомых, то он не чурался обматерить меня в лицо или даже очень больно дёрнуть за волосы.

Вот и сейчас я вижу, как его фигура, пошатываясь от неумеренных вечерних возлияний с друганами, широким шагом выходит из беседки на свет разбитого уличного фонаря.

— Чё ты сказала?! — злобно оскаливается он.

— Слав, остынь… — ворчит Венька заплетающимся языком.