Гнев Пламенных

Сильный Пламенный, искушенный в целительском искусстве. Возможно, лайе Меллириссиэль. Если чужая сила сможет сдержать тех, кто приходит с той стороны — возможно, Райга проснется сама. Возможно, ей понадобится помощь.

— Магистр Лин ищет нас, — негромко сказал Миран. — Он сможет найти ее по ученической нити.

Райтон добавил:

— Самое главное — мы на острове Кайсу, я спросил у местных. До Каядо или Кейто-ро- матари отсюда дальше, чем до дома Эриги. Мы можем попытаться двинуться в ту сторону.

— И брать у них телегу и волов? — скептически спросил Миран. — Лошадей здесь не найти. Да и телега… Отнимать у этих людей последнее…

— Договорюсь с Каядо, чтобы им дали новую телегу, — пожал плечами принц. — Мальчишки видели Глаз Луны. Теперь они считают меня едва ли не богом. Кажется, скоро здесь будут рассказывать легенду о вышедшем из моря Райтоо, который нес на руках сестру с пылающей рукой.

— Да и Райгу здесь помнят, — заметил Ллавен. — Весть о том, что Вечный Фонарь на горе Эире снова горит, облетела весь Но-Хин.

Миран покосился на подругу и высказал общие опасения:

— Лишь бы она дожила до прибытия помощи.

Райтон нахмурился, но ничего не сказал. Разговор увял, каждый думал о своем. И каждый волновался за Райгу. Принц задумчиво потер рисунок под ключицей. Он уже успел рассмотреть свое отражение в ведре воды. Все было именно так, как ему обещали на Фурикоран. После прохождения второго предела на его груди появился второй лепесток. У Райги был точно такой же рисунок слева.

Принц бросил взгляд на бледное лицо девушки и стиснул зубы. Больше всего он не любил беспомощность. А сейчас он ничем не мог помочь Райге. Оставалось надеяться, что магистр Лин успеет вовремя и сможет сделать хоть что-то.

Ночью принц почти не сомкнул глаз, а с утра выпросил у старосты телегу и пожилого вола. После скудного завтрака юноши осторожно переложили на нее Райгу и поехали по дороге вдоль побережья.

Ллавен показался принцу очень грустным с утра. Миран какое-то время правил волос молча, а затем спросил его:

— Ты чего такой кислый?

Минуту эльф молчал, а затем, нехотя, ответил:

— Черныш не приходит. Не чувствую его с тех пор, как кровавый огонь вырвался их эмхэна.

Райтон поморщился. Рядом с беспокойством за здоровье Райги потеря потустороннего существа не казалась ему чем-то важным. Но принц тут же вспомнил, с каким взглядом эльф ходил по ночам, как смотрел на свою четвероногую Тень, и одернул себя. Ллавен привязался псу. Возможно, Черныш был единственным существом, с которым эльф мог разделить то, что связано с темной стороной его дара.

Он хлопнул друга по плечу и сказал:

— Подожди, возможно, он еще вернется. Когда Райга очнется, спросим ее, что произошло, пока нас защищало ее пламя.