Гнев смотрящего

Глазам его предстала идиллическая картина: на площадке на надувных матрасах, сложенных наподобие шезлонгов, восседали четверо совсем молодых ребят – лет по семнадцати, не больше, но уже до того накачанных, что становилось ясно: майор недооценил противника. Пятым членом компании был голый по пояс и сплошь татуированный худощавый субъект лет сорока пяти. По татуировкам, из-за которых его тело имело общий синеватый оттенок, нетрудно было определить и срок, проведенный им на зоне, и его зоновский статус. Субъект явно меньше ценил комфорт, чем его молодые приятели: он сидел не на матрасе, а просто на корточках и, орудуя языком, сворачивал сигарету.

На бетонном полу рядом с ним стояла спиртовка, на которой в жестяной банке кипел чифир. Самокрутками дымили и молодые качки: Абрамов, покрутив носом, уловил знакомый ему по Афганистану запах индийской конопли. «Ребята не бедные – настоящий гашиш курят», – подумал майор.

Его появление стало для всей компании полной неожиданностью: пять пар глаз ошалело уставились на него, словно впервые видя живого человека.

Вскоре, однако, выражение недоумения в этих глазах сменилось тем выражением бессмысленной злобы, которое можно видеть во взгляде крупных хищников. Первым, как и следовало ожидать, опомнился и подал голос татуированный субъект.

– Ты кто такой? Ты как сюда попал? – поднимаясь, спросил он.

– Хрен в кожаном пальто, – нахально ухмыльнулся Абрамов. – Много вопросов задаешь. Вот что, ребята, давайте по-хорошему: мне это место нравится, и я вам предлагаю в темпе вальса слинять отсюда. Всем вместе нам тут будет тесно. И попрошу без лишних вопросов.

Пока майор говорил, татуированный субъект напряженно прислушивался к звукам на лестнице и вглядывался в темный дверной проем за спиной незваного гостя. Однако пришелец явно был один. Придя к такому выводу, субъект растянул в торжествующей ухмылке щербатый рот и произнес, обращаясь к своим молодым друзьям:

– Этот фраер думает, что может вот так запросто шугать молодежь. Он думает, пацаны, что вы не люди. Надо научить его правильно базарить.

И, обращаясь к Абрамову, синий человек с угрозой прорычал:

– Говори, кто тебя послал? Как ты сюда пролез, козел?

Синий сделал шаг, заходя справа и норовя отрезать Абрамова от лестницы.

Все четверо бритоголовых уже поднялись на ноги и медленно надвигались на майора – один заходил слева, а трое наступали в лоб.

– Ты давно с параши слез, гнида лагерная? – не повышая голоса, обратился Абрамов к синему субъекту. – Пора тебя обратно в петушиный угол отправить, чтоб тебе там геморрой подлечили…

– Ах ты падло! – заскрипел зубами синий.